– Если ты не понимаешь разницы между девушкой и блядью, – скрипнул матрасом Дима, – я не в силах тебе объяснить.
– Вот ты, Дима, – заговорил Рю мягко и вкрадчиво, коснулся ладонью его бедра, – вроде бы взрослый мальчик, калашников в руках умело держишь…
– Если ты мне хочешь сказать, что я наивный идиот, то говори. А сам-то кто? Мент продажный? Бандюга? Или еще кто похуже, а? Чего ты так блядей защищаешь?
– Не тебе их судить, – умолк тот, приподняв голову, и закрыл глаза. Профиль четко вырисовывался в темноте, ресницы лежали на щеках.
Димка не выдержал вдруг, резко развернулся, едва не сбросив Рю на пол. Под звон расстроенной гитары и старую дворовую песню о трагичной истории любви, он прижал его к стене. Рю напряженно задышал, отпихивая от себя его руки, но Димка был сильнее, и тихо сопя, пытаясь схватить оба его запястья одной рукой. Они возились в темноте, отпихивая друг друга. С улицы раздался звонкий девичий смех, приятный такой, не визгливый, и кто-то вновь принялся травить старые шутки.
– Дим, ну что ты…
– Хватит уже, – ему наконец-то удалось подмять Рю под себя, – если ты одна из этих, так чего ломаешься?
Дима рывком задрал черную свободную майку, пропихивая под нее ладонь. И тут же отстранился. Рю лежал под ним, тяжело дыша, грудная клетка с некрупными рельефными мышцами то вздымалась, то опускалась.
– Не одна, а один, – поправил он Димку. – Хочешь ширинку мне расстегнуть? Чтоб наверняка проверить.
– Нет, – Димка встал и пересел на старую раскладушку в другом углу комнаты, – значит, ты и правда мужик.
– С чего ты взял, что я врал тебе? – Рю натянул майку обратно.
– Все, ложись спать. Ты меня заебал, и я знать тебя не хочу больше.
Рю уселся на кровати, скрестив ноги в позе лотоса.
– Значит, пока я для тебя на девочку был похож, которую можно было защищать, все было нормально? Все было отлично? А потом ты напугался, что я проститутка, но хотеть не перестал, но отношение ко мне ухудшилось. А теперь ты узнал то, что я и так тебе говорил, и больше меня знать не хочешь?
– Да, – донеслось с того угла, – все правильно понял, садись, пять. Отъебись.
С улицы доносились звуки перебранки – каждый доказывал, что он круче, и какой он замечательный сталкер. Кто-то продолжал бренчать на гитаре, задумчиво перебирая струны.
***
Когда Рю проснулся, в комнате было пусто и тихо. Тишина стояла напряженная, неприятная, застоявшаяся как вода в болоте. Издалека, с заставы военных, казалось, доносился звук мегафона, слишком тихий здесь, чтоб различить его уверенно.
Около костра было оживленно – провожали вчерашнюю гостью. Она о чем-то говорила с невысоким мужиком, в котором Рю сразу опознал торговца – на сталкера тот не походил ни капли. Едва он подошел к костру, как эти двое замолчали, и уставились на него.
– Доброе утро, – немного нервно поздоровался Рю, пожав руку торговцу. Димы нигде не было видно.
– Утро, – ответил тот с ехидцей, – доброе. Меня Сидоровичем кличут, да ну слышал, наверное.
– Слышал.
На плечи опустились чьи-то ладони, но Рю не успел даже толком напугаться – по запаху приятных сладковатых духов понял, что бояться нечего.
– Так и не вышел вчера к костру, зараза, – усмехнулась девушка.
Рю молча попрощался с ней, не желая вставать между ней и ее провожателями: кто-то все же вызвался проводить ее к заставе. Остальные хохмили, рекомендуя перед заставой раздеться до белья, а то и полностью – а иначе, мол, сначала пуля в лоб, а потом вопросы, кто да откуда.
– Ты, говорят, не собираешься на хуторе долго оставаться? – перешел к делу Сидорович, провожая девушку взглядом.
– Да, – не стал вилять Рю, – хочу глубже пройти. Это сложно?
– Глубже в Зону залезть? – крякнул тот, облокотившись о скат разрушенной стены, – дурное дело нехитрое.
Рю смолчал, невольно оглянувшись. Поймал внимательный взгляд одного из опытных сталкеров, и отвернулся, смутившись.
– Только не в этом китайском барахле, – покачал головой Сидорович, и в пинетках своих ты тоже далеко не уйдешь. Если деньги у тебя есть, могу отличную снарягу предложить. А если денег мало, то куртку, типа той, в которых бандиты ходят. А если денег нет, – он усмехнулся, – то не беда, сиди здесь и жди, пока появятся. Все равно через второй блокпост тебе не пройти.
– Там дальше еще военные есть?
– А то как же. Застава, навроде вот этой. Таких, как вы, ловить и уничтожать – их, можно сказать, прямая обязанность, поскольку ты тут нарушитель. Если ты тут будешь сидеть и ждать, пока с неба на тебя денежки посыплются, то это ты зря надеешься. Мне эта деваха сказала, мол, бандиты хвалились, что связного моего перехватили. Неизвестно, правда это, или нет, но узнать надо. У него, у паразита, ПДА выключен.
Рю кивнул, с готовностью принимая задание, хотя в исходе операции был ой как неуверен. Сидорович, видимо, прочитал сомнение в его глаза, и добавил:
– Ты просто разузнай, не врут ли они. Мало ли, чего языком болтают, без повода туда ребят посылать смысла нет.
– Хорошо, – снова кивнул Рю.
– И вот еще, – фыркнул Сидорович не слишком довольно, – держи.
