— Что вы намерены предпринять дальше? — спросил у него Коннор.
— Немного отдохнуть, — ответил Шон.
— Я не устал! — сказал Майлс.
— Тебе тоже не помешает принять душ, побриться, подстричь свои космы и вздремнуть, — стоял на своем Шон. — Чтобы собраться с силами и снова ринуться в бой.
— Сил у меня хоть отбавляй, — невозмутимо сказал Майлс. — Так что в отдыхе я не нуждаюсь. — В его глазах вновь вспыхнули дьявольские огоньки.
— Но помыться и привести себя в порядок тебе все равно не помешает! — твердо заявил ему Шон. — Ты давно смотрел в зеркало? А когда в последний раз посещал парикмахерскую? Неужели ты хочешь предстать перед Синди, если мы вдруг ее разыщем, в таком виде?
— А в чем, собственно говоря, проблема? — Майлс передернул плечами и погладил ладонью свои грязные космы. — По-моему, я в отличной форме.
— Боже мой! — простонал в отчаянии Шон и закрыл ладонями лицо. — Ну почему мне суждено постоянно учить уму-разуму неудачников? Что вам, ребята, мешает купить себе журнальчик «Мене хелс» и научиться наконец заботиться о себе; Регулярно мыться, бриться, стричься, опрятно одеваться, заниматься спортом, не пить и не курить?
— Кстати, мне пора ехать в спортзал, — сказал Дэви. — Я сегодня веду занятия в секции кун-фу и карате. И внутренним голос говорит мне, что вечером придется подменить тебя, братец, на уроке кикбоксинга. — Он укоризненно взглянул на Шона.
— Вот что ожидает всякого, кто осмелится взвалить на свои плечи бремя ответственности перед обществом. И как только тебе не стыдно упрекать меня, Дэви!
— Тебе придется компенсировать мне все занятия, которые я провел вместо тебя. И по воскресеньям преподавать подросткам уроки борьбы тай-чи, — непререкаемым тоном сказал Дэви.
— Ненавижу тай-чи! — воскликнул Шон. — Там все происходит чертовски медленно!
— Вот и чудесно! Научишься наконец сосредоточиваться, — возразил Дэви. — Все, тема исчерпана. — Он встал из-за стола.
Коннор подозвал официантку, расплатился и сказал:
— Нам с Эрин тоже пора идти. Дайте мне знать, если появятся новости от танцовщиц.
— И мне тоже позвоните, ребята, — добавил Дэви. — Я бы хотел принять участие в этом веселье.
— И куда же вы, голубки, теперь направляетесь? — поинтересовался Шон.
— К матери Эрин. Мы решили, что нет смысла откладывать наш визит в долгий ящик, — сказал Коннор.
— Ты, оказывается, отчаянный малый! — заметил Шон.
— На ходу подметки рвешь! — сказал Дэви.
Эрин обаятельно улыбнулась парням, все повскакивали с мест и двинулись к выходу. Прощаясь с ними на парковочной площадке, Эрин проворковала:
— Спасибо вам за помощь, мальчики. У меня словно гора с плеч свалилась.
Дэви смущенно крякнул и отвернулся. Майлс побагровел и пнул ногой заляпанное грязью колесо джипа. Шон пробормотал:
— Мы всегда рады тебе помочь! Передай свой матушке от нас с Дэви поклон. Помчались, Майлс! Нас ожидают великие дела!
Парни расселись по машинам и разъехались в разные стороны. Эрин поцеловала Коннора в щеку. Он укоризненно нахмурился, дескать, не сейчас, вокруг люди.
— Нет, сейчас! — Эрин снова чмокнула его в щеку. — Ты заслужил это уже тем, что помогаешь мне и Синди.
— Ради Бога, Эрин! На нас уже обращают внимание! — прошипел сквозь стиснутые зубы смущенный Коннор.
— Но признайся, разве тебе не приятны мои поцелуи? — спросила она и легонько поцеловала его в губы.
— Честно говоря, они меня возбуждают, — сжав кулаки, ответил Коннор. — Поэтому нам лучше быстренько отсюда исчезнуть, пока я не осрамился на весь свет.
Чем ближе они подъезжали к дому Барбары, тем острее Эрин ощущала нервозность Коннора.
— По-моему, ты чересчур взвинчен, — сказала она.
Он метнул на нее укоризненный взгляд, свернул за угол дома и затормозил. Какое-то время они оба молчали, потом Коннор вздохнул и сказал, распахнув свою дверцу:
— Пошли!
Эрин выбралась из машины, подбежала к нему и обняла за талию.
— В чем дело? — насторожился он.
— Я хочу кое-что тебе сказать.
— Говори!
— Твои братья, несомненно, симпатичные парни, пожалуй, даже красавчики. Но ты все равно лучше! — выпалила она.
Лицо Коннора просветлело, он радостно улыбнулся и нежно сказал, коснувшись лбом ее лба:
— Отныне ты должна будешь говорить мне это постоянно, ведь ты моя девушка! Хвалить меня — часть твоих обязанностей.
— Какой же ты все-таки неисправимый эгоист! — воскликнула Эрин. — И как тебе не надоест говорить такую чушь!
Он заставил ее замолчать, запечатав рот поцелуем. Эрин обвила руками его плечи и прильнула к нему, трепеща от вожделения и мечтая перенестись из квартала матери куда-нибудь Далеко-далеко, чтобы забыть обо всех заботах и печалях и растаять от ласк Коннора, слившись с ним воедино.
— Эрин! Доченька! Это ты? — раздался голос матери.
Влюбленные вздрогнули и отпрянули друг от друга.
Одетая в банный халат, Барбара Риггз разглядывала их с крыльца своего дома.
— Кто это с тобой? — с подозрением спросила она, порылась в кармане и, достав оттуда очки, водрузила их на переносицу.
— Это я, миссис Риггз, — спокойно ответил Коннор, — Маклауд.
— Что? Маклауд? Что ты делал с моей дочерью? — задыхаясь, спросила Барбара.
— Целовал ее, мадам!
