– Слава богам, что те дурацкие запреты давно канули в Лету! – ухмыльнулся Гай. Он жмурился на солнце и облизывался при виде проходящих мимо дам, как насытившийся кот.
– «Почести изменяют нравы», – процитировал римскую пословицу Мнемон.
Гавлонита удивило то, что, в отличие от Иудеи и Египта, мужчины в Риме нередко ходили с непокрытой головой. Только во время военных походов и многочасовых театральных представлений аристократы красовались в шляпах и шапках, форма которых была заимствована у греков, из фетра, соломы, кожи, плетеных волокон растений. Жрецы, напротив, полностью покрывали головы.
Воины щеголяли в шлемах разнообразной формы, сделанных в большинстве своем из кожи и металла, закрывавших щеки и переносицу. Верхняя часть украшалась гребнями, хвостами животных, металлическими пластинами. Шлемы полководцев и знатных патрициев изготовлялись из драгоценных металлов, инкрустировались эмалями, чеканкой.
Квириты заимствовали у греков традицию украшать голову во время торжеств и пиров венками, но надевать их имели право лишь взрослые граждане. Юношам это было запрещено. Ими увенчивали лишь победителей-триумфаторов. Для изготовления использовались не только натуральные растения – листья, ветки, цветы, но и искусственные – из шелка, металлических пластин, сильно надушенные ароматическими веществами. Ценились красиво сплетенные венки. Большое значение имел сорт и цвет растений. Листья дуба, мирра, лавра символизировали гражданственность, силу и власть. Венки сочетались с налобными повязками.
Благодаря тому, что Гай останавливал чуть ли не каждую проходившую или проезжавшую женщину и пытался с ней заигрывать, Иуда сумел разглядеть вблизи многих представительниц высшего римского общества.
Идеальными качествами во внешности римлянки были объявлены величественность, медлительность и определенная статичность. Прекрасной считалась фигура с округлой линией плеч, широкими бедрами и плоской грудью. Излюбленным колоритом был светлый, особенно после того, как в Риме появились белокурые рабы – германцы. Поэтому волосы квиритки окрашивали в светлые золотистые тона или носили парики такого цвета.
Костюм патрицианки, как и плебейки, по своему характеру и силуэту во многом был схож с мужским. Матрона должна выглядеть монументально, двигаться плавно и величественно. Конечно, облачения рабыни, гетеры, аристократки или женщины из народа отличались и качеством ткани, и украшениями, и манерой их носить. Но суть костюма оставалась у всех одинаковой.
Нижней и домашней одеждой служили различного вида туники, обычно шерстяные («туника интима»), длинные и довольно широкие. Узкие платья надевали только девушки в день свадьбы. Обыкновенно тунику опоясывали.
Поверх туники знатные дамы надевали верхнюю одежду – столу, напоминающую тунику, но более широкую и элегантную. К ее подолу пришивали плиссированную оборку – институ. Стола могла быть без рукавов или с короткими рукавами. Подпоясывали ее под грудью. Появляться в общественных местах без нее считалось неприличным.
Сочетание этих двух одеяний римлянки разнообразили комбинацией тканей разной фактуры и плотности, различной длиной рукавов, искусным декоративным оформлением столы. По низу ее обшивали плиссированной оборкой, подпоясывали с напуском, который создавал изящные пропорции.
На столу (реже прямо на тунику) накидывали плащ паллу, напоминавший собой греческий гиматий. Плащи различными способами драпировали вокруг фигуры. Иной раз край их натягивали на голову. Зачастую костюм дополнялся легким покрывалом типа вуали.
Тебя приветствую, мое поражение,
тебя и победу я люблю равно;
на дне моей гордости лежит смирение;
и радость, и боль – всегда одно.
Над водами, стихнувшими в безмятежности
вечера ясною, – все бродит туман;
в последней жестокости – есть бездонность нежности
и в Божьей правде – Божий обман.
Люблю я отчаяние мое безмерное,
нам радость в последней капле дана.
И только одно здесь я знаю верное:
надо всякую чашу пить – до дна.
– Не может быть! У нас в Иудее самопродажница никогда не осмелится явиться – да еще одна, без мужчины – на главную площадь!
– В Вечном городе иные обычаи. Приглядись сам – и сразу отличишь аристократок от шлюх! Как правило, последние куда более привлекательны! – расхохотался Гай. – Есть у Филодемоса эпиграмма под названием «Жена и гетера». Послушай!
