Нажал кнопку. Дрон тихо зажужжал. В первый раз он неосторожно прикоснулся к пропеллеру и получил приличную ссадину на пальце. Моторчики мощные, несмотря на размеры. Поднял дрон в воздух прямо над собой. Довольно высоко. Беспилотник казался не больше стрекозы, а на таком расстоянии и вправду похож на стрекозу с поблескивающими прозрачными крылышками. Выше, выше. Еще выше. Прямо над ломтями торта на крыше тюрьмы. Он уже посылал туда дрон и внимательно просмотрел видео: после побега Керима решетку на потолке усилили балками. Чтобы не повторилось. Но против лакрисола защиты нет: на нитке под дроном висела круглая коробочка с любимым керимовым лакомством. Николе эти драже казались отвратительными. Но Керим их обожает, а в тюремном ларьке лакрисол не продают.
Николу распирало от гордости – так ловко он управлял этим воздушным шпионом. Большими пальцами обеих рук. Вверх-вниз, вперед-назад, налево-направо.
Должно сработать.
Покачал дрон в стороны, проверил по камере – висит прямо над клеткой. Должно сработать.
Наконец, коробка полетела вниз. Проскочила через решетку. Теперь Керим обязательно найдет ее во время прогулки. В коробке, кроме лакричных драже, лежала записка:
По лестнице вверх.
Внезапно у него возникло странное чувство. Примерно такое же, как тогда. Он поднимался в собственную квартиру, а Эмили ждала его на площадке.
Будто кто-то на него смотрит. Или поджидает. Опять:
Он даже не знал, дома ли Тедди. Неважно – у него есть ключи. Если дяди нет, зайдет в квартиру и подождет, пока тот явится.
Они завтра все вместе собираются на футбол. И дед, и Тедди, и Паулина. Посмотрят, как «Сирийцы» разгромят «Варберг» в высшей лиге. Впервые он покажет Паулину своим родным.
Он позвонил и прислушался.
Никакого движения.
Вытащил связку ключей, поискал нужный. Сначала открыл верхний замок. С усилием – надо бы смазать.
Чудовищный взрыв. Он отлетел к противоположной двери.
И вдруг наступила полная тишина. Он ничего не слышал.
Нет. Он слышал все.
Слышал, как сталкиваются в воздухе атомы. Как царапает кожу штукатурка. Не чувствовал, а слышал.
Подумал о Тедди. О Паулине.
За дверью начался пожар. Из проема двери валил густой дым.
Никола с трудом приподнял голову. Одежда в клочья. Мокрая от крови.
Бомба. Проклятая бомба.
Последнее, о чем он успел подумать: неужели я умру от бомбы?
