Макс сидел на диване в гостиной. Стрелки часов стремились к цифре «восемь». За окном уже темнело. Этот день на работе пролетел совершенно незаметно. Глупые поручения, одиночество, мысли. Макс уже не был в состоянии жизни, но еще и не умер. Молодой человек застрял где-то между этих понятий. Определения, придуманные глупыми людьми, не опишут всю красоту момента. Парень давно покинул пределы комнаты, где тихо тикали часы. Это всего лишь оболочка, призванная хранить в себе процессы, таскать усталую душу. Разум Макса был далеко, там, за окнами его дома. На улице стремительно темнело, словно солнце попало в продуманные, хитрые ловушки первых людей. Теперь оно заковано в цепи, что тянет вниз величественный механизм. Так быстро оно скрывало свой свет, который проникал сквозь тучи, пронизывая легкий осенний воздух. Гнилые листья нес ветер, будто сама смерть или ее последователь разрушал жизнь внутри одежды деревьев. Да, это точно была осень. Казалось, парень сам мог прочувствовать ее величие. Радость в одном сезоне. Период постоянных дождей и теплой грусти. Знаете, такой легкой и печальной. Эта меланхолия нежнее, чем первые касания ребенка. Она намного приятней, чем самый страстный поцелуй желанной особи. Такой сладкий прилив доброй грусти.
Глаза Макса были закрыты. Парень лишь ждал, стараясь убить глупые секунды циферблата. Совсем скоро придет Фрэнк. Эта мысль – своеобразная ловушка для разума. С одной стороны, его касания, боль, что пронзит тело Мелиссы, похотливое желание владеть ею. Грязь в обертке животного инстинкта. Но с другой, это новый вызов для Макса. Безудержное возбуждение, которое своими масштабами на теле напоминает ядерный взрыв. Возвращение в память, в те самые мрачные дни детских забав. Желание видеть это, лицезреть собственными глазами, в разы сильнее, чем человеческая натура. Психика всегда была сильнее обыденных чувств, тонких эмоциональных потрясений. Именно процессы внутри черепной коробки имеют необходимую мощь, чтобы призвать к ответу падшее сердце, чтобы стереть с лица мира его кровавую улыбку. Молодой человек уже не раз представлял себе картину похоти с участием Фрэнка и Мелиссы. Но разве фантазия может сравниться с реальностью? Нет! Они сильнее, красивее! Фантазия может быть безупречной, а реальность – увы. Внутри выдуманных миров слишком много красок, палитры, звуков. Фантазия позволяет человечеству жить в своих мечтах, растить новые семьи, пробовать на вкус запахи и трогать несуществующие объекты. Но люди никогда не поймут, как использовать ее в пределах мира. Цепляясь за реальность, в погоне к человеческим богатствам, мечты отдали последние удары пульса. Так странно.
Послышался стук в дверь. Макс поспешил открыть деревянную баррикаду, которая разделяла мир удовольствия и пыльный квадрат дома.
- Привет – произнес Фрэнк, переступив порог – Как дела?
Он, как всегда, выглядел великолепно. Строгая осанка не позволяла спине согнуться, образовав горб. Чистая одежда, которая все еще пахла стиральным порошком, покрывала его тело. Наверное, он слишком долго готовился к этому дню, слишком тщательно подбирал гримасу лица, слишком строго относился к этому. На устах Фрэнка застыла улыбка, а глаза заковали в себя бешеное желание наживы. Казалось, оно затаилось там, где нейроны сплетаются друг с другом, одаривая разум образами, мечтами.
- Здравствуй – тихо произнес Макс – Проходи. Чай?
Парень толкнул входную дверь, снова вернув эту границу между уютным домом и великолепием осени.
На кухонном столе находились два высоких бокала, наполненные теплым виски, в которые Макс забросил по два кубика льда.
- Она готова? – тихо спросил Фрэнк, попивая алкогольную смесь
- Не знаю
- Ты не общаешься с ней?
- Нет – грубо соврал Макс
- Правильно
- Почему?
- Ты, как и каждый человек, начнешь привыкать к собеседнику. А привычка – первый шаг любви. К тому же, она восхитительная. И знаешь, что будет потом? Придет час, когда тебе придется оборвать ее жизнь. Сможешь ли ты это сделать?
- Зачем ее убивать?
- Ты смешон, Макс – Фрэнк сделал большой глоток – Что ты будешь с ней делать? Если отбросить мысль об убийстве, то, что останется? Будешь держать ее внутри подвала? Сколько? Год? Два? Десять? Или отпустишь под честное слово, что она будет держать язык за зубами? Ты не глупый парень и, я думаю, понимаешь, что выход для нее лишь один. Смерть
- Ты не прав. Я что-нибудь придумаю. Понял?
Фрэнк схватил Макса за футболку, приблизившись к его лицу так близко, что парень даже почувствовал вонь из его пасти. Молодой человек смотрел прямо в глаза зверю. Именно животное в ту минуту предстало перед ним. Нет, там не было человека, даже его оболочки. Острая жажда похоти смешалась с желанием убийства и смерти. Ужас пронзил тело Макса, оставив мыслям считанные секунды на жизнь.
- Послушай меня – злобно начал Фрэнк – Ты можешь развлекаться с ней сколько угодно, но я не собираюсь провести остаток дней за решеткой. Если ко мне придут офицеры, я все буду отрицать! Эта проститутка не сломает мою жизнь! И ты тоже! Понял меня?!
