Странное чувство проникло в грудь молодого человека. Эта злоба превращалась в ревность. Своеобразный синтез чувств говорил о том, что Мелисса уже не безразлична Максу. Руки парня тряслись, а глаза резали от соленых слез. Он не должен этого допустить. Никогда больше!
Схватив со стола кухонный нож, Макс отправился за Фрэнком. Он не знал, что случится в следующие несколько секунд, мгновений. Эта загадка, которую не смогли бы решить даже самые натасканные умы человечества. Всего лишь миг в пределах времени, мимолетное искусство, забытое после. Его приговор – смерть в циферблате памяти. И невозможно спасти секунду. Она сорвется вниз, издав сильный звук, что эхом будет петь в глубине пустой души. Руки Макса тряслись, а кухонный нож сверкал на бликах лампы, горящей в коридоре. Сталь так нежно легла в ладонь молодого человека, чтобы совершить суд. Этот молчаливый холодный метал, способный забрать жизнь из человеческого тела, принести бесконечность смерти, ее преданный пленник. Походка Макса стала уверенной и строгой. Он все ближе подходил к своему «другу», который замешкался у двери в подвал напротив большого зеркала.
- Фрэнк!
Мужчина обернулся и почувствовал, как нож плавно входит в его живот, освобождая путь совершенной крови. Невероятно. Макс чувствовал, как по его руке стекает поток багровой горячей жидкости. Он сильно прижал Фрэнка к стене, вгоняя нож по самую рукоять в его тело. Молодой человек ощущал, как кожа расходиться на две границы, а острие лезвия нежно царапает желудок. Макс смотрел в глаза своему другу, улавливая миг, когда жизнь покидает сосуд, чтобы влететь в горло очередной женщине, поселив в ее утробе мерзкого эмбриона.
- Макс – прохрипел Фрэнк сквозь потоки крови, которые хлынули из его мерзких уст – Сука!
Молодой человек уже не понимал, что происходит в коридоре. Его глаза не видели доброты, как в солнечный день невозможно разобрать в небе звезды. И эти лучи огненного шара – та самая ненависть, которая поселилась в душе Макса. Он все быстрее и сильнее наносил удары в тело своего «друга», держа его второй рукой за плечо, не позволяя рухнуть вниз. В голову влетали мысли, но попадали под прицел злобы, она спускала курок, и пуля проникала в их сердца. Психопатия овладела Максом. Эти жесткие удары ножа, капли крови, что пачкают красоту обоев, узоров на них. Парень стиснул зубы! Он хотел, чтобы Фрэнк умер прямо тут, в его руках, в этом холодном коридоре, в маске глупого клоуна! Ну и кто теперь будет смеяться?!
- Ха – выдавил из себя Фрэнк – Макс, глупец!
Мужчина смеялся, освещая кровавые зубы. Его истерический смех разлетался по дому, врываясь в каждую комнату. На нем даже не было маски. Уже не было.
- Ты так и не понял, ублюдок?!
Макс остановил свои удары, но руки продолжали трястись.
- Обернись! – крикнул Фрэнк – Посмотри на себя!
Ужас. Именно это чувство пронзило разум молодого человека. Бесконечная иллюзия страха, запутанная в сети меланхолии и непонимания. В большом зеркале Макс видел лишь себя. Его рука уперлась в пустую стену, где было плечо Фрэнка, а в трясущихся руках сверкал чистый нож без капель крови. Пальцы сами разжались, и сталь упала на пол, издав звонкий шум, который повис в коридоре, подобно эху, которое застревает в объятиях холодных и могущественных скал. Макс даже не видел своего лица, ведь его покрывала та самая маска клоуна. Страх вновь ломал ребра, стараясь вырваться из тела, перестать мучить его!
- Я всегда был в тебе, глупец! – громко произнес Фрэнк – С той самой ночи, когда ты заглянул в замочную скважину, ублюдок!
- Хватит! – Макс сжал ладонями голову, стараясь своим криком заглушить смех иллюзии – Нет! Хватит!
Молодой человек упал на колени. Из его глаз лились слезы, а память рисовала те картины, когда он спускался в холодный подвал, натягивая на свое лицо маску глупого клоуна, и приносил боль Мелиссе, насилуя ее. Сколько лет он дружил с тем, кого и нет вовсе?! Фрэнка не было и сейчас! Он растворился в свежем воздухе. Перед глазами летела память, где образ «друга» собирался из тысячи лиц, что приходили в их дом, запирались с матерью в верхней комнате и дарили наслаждение! Боже! Чувство, словно Макс умирает прямо тут! Нет! Это не могло быть иллюзией! Но психологические лабиринты разума имеют право на создание мира! Парень плакал, стоя на коленях около двери в подвал. Мысли атаковали голову. Неужели он монстр?! Как сказать об этом Мелиссе?! Как принять для себя факт?! Макс медленно лег на бок, поджав колени. Его всхлипы раздавались по всему дому, а душа умирала, цепляясь за иллюзию Фрэнка, что растворилась в свежем осеннем воздухе.
Глава 7. «Свобода».
