Не дождавшись ответа, она посмотрела на дверь, видимо, собралась уходить, но вспомнила что-то и осталась сидеть. Она никак не решалась задать следующий вопрос.
– Макса нет дома. Пьянствует где-то с Олегом, заявятся под утро. Они теперь при деньгах: с чеченскими дружками разворовывают кредиты МВФ.
Инга смутилась, что угадали ее вопрос, и, переключая внимание, сказала:
– Странная война, да? В одном конце страны убивают друг друга, а в другом вместе пьют и рожают детей.
– Это не война, а разборка в коммунальной квартире, где проходная комната хочет пользоваться кухней, ванной и туалетом, но не желает там убирать и не пропускает через свою территорию. (:I [27]
– Всё равно ужасно это! – возмутилась Инга. – Мало бед всяких – катастроф, землетрясений, наводнений, так еще и сами друг друга убиваем!
– В России самое страшное бедствие – собственное правительство.:-7 [28]
– Ладно, хватит о грустном, – сказала Инга. – Приходи завтра обязательно.
– Постараюсь. Могу передать Максу приглашение. Я обычно не сплю, когда они приползают.
– Не надо, – решила она, вставая с кровати. – И ничего ему не говори.
После ухода Инги на розово-золотом приглашении обнаружились ее ключи от этой квартиры.
