– Но ты сам хотел, чтобы его философские мысли были услышаны всеми. Это был пиар-ход, не более того.
– Молчал, когда ты поджарил несчастного Джордано.
– Зато, ты угробил несчастную Жанну. Чем тебе помешала эта славная девушка?
– Неправда! Первым начал ты, когда в Париже подсадил ее на крепостную стену – там ей было не место. Я понимаю твою любовь к маленьким девочкам…
– К тому же девственницам.
– Тем более к девственницам. Но я знал, какая диктатура начнется потом, не сбрось я ее оттуда. Женщина у власти, к тому же девственница! Инквизиторы показались бы детьми малыми рядом с ней. Теперь мы квиты.
– Хорошо. Но у этого парня все равно шансов нет. Ты понимаешь, что это агония? И она затянулась. Отупеет или сойдет с ума. Он не сможет один отвечать за твой неудавшийся эксперимент.
– А мне он начинает нравиться!.. Хотя, мои дельфины намного интереснее и созданы воистину для любви… Но, посмотрим…
– Ну-ну! – ответил черный человек и обратился к розовой официантке: – Детка, мы еще какое-то время посидим. Можешь нам повторить…
Он долго сидел на крыше мира своего ковчега, смотрел в окно, а музыка Шопена уносила его сквозь потолок, и голубое небо поднималось на призрачную высоту. Потом купался в бассейне. Не занимался, а именно купался – его режим все равно в последние дни полетел ко всем чертям.
– Ну и хорошо!
Он плавал, получая сказочное удовольствие. А Шопен продолжал звучать в голове – эта божественная эпическая мелодия. Он долго плескался, но что-то не давало ему покоя. Нет, не его недавняя поездка в мертвый мир. Казалось, то впечатление он смыл с себя навсегда. Теперь ему не давала покоя музыка, которую он только что слышал. Потом обедал, а прекрасная мелодия снова и снова являлась, напоминая ему о чем-то важном. После обеда пошел наверх, разыскал видеозапись концерта одного великого музыканта и сел перед экраном. Тот играл его любимую сонату. Пальцы летали по клавишам, древний старец творил чудеса. Как мог человек его возраста делать такое? Его жизнь держится на волоске старости – нет на струнах рояля или на струнах души, того, что он творит. В какие-то моменты казалось, что этот древний старик сильнее его. Это был не человек, но комок гения, нервов и воли. Вот что поддерживало его жизнь в немощном теле. Он был потрясен!
Не осознавая, интуитивно пошел за смутным воспоминанием и спустился в подземное убежище. Еще в день своего рождения он видел там нечто ценное, но тогда не обратил внимания, и теперь искал, не зная, что ему нужно. Холодильники, озеро, казармы, столовая, арсенал. Может быть, здесь? Заглянул в одну из комнат. Там находился небольшой тир. Он вскрыл коробку патронов, взял в руки небольшую винтовку, выбрал мишени – фигурки людей, замерших с нарисованным оружием, направленным на тебя.
– Все правильно! Или ты их, или они тебя – третьего не дано.
Отстрелял коробку патронов и снова посмотрел на мишени, на глаза нарисованных людей и оружие в их руках.
– Люди – тупиковая ветвь. Еще живут, но уже готовятся убивать или умереть. Только люди с таким упорством уничтожают себе подобных, а их история – это история войн.
Снова зарядил оружие, с остервенением расстреляв оставшиеся мишени.
– Не интересно, глупо, даже растения ведут более осмысленный образ жизни.
Он бросил на пол винтовку и пошел по длинному коридору дальше.
Комната отдыха… Шахматы, нарды, теннисные столы. Он любил теннис, но играть здесь было не с кем.
Игровые приставки… В свое время в юности он любил играть. Одно время даже подрабатывал на создании несложных игрушек – тогда все только начиналось. Но однажды почувствовал идиотское привыкание. А потом встречал кое-кого из друзей, которые уже начали подменять человеческое общение на времяпрепровождение за компьютером. А поскольку на работе он проводил за этим ящиком слишком много времени – решил больше себя не травить. В конце каждой игры появлялось раздражение, а потом пустота… Почему? Наверное, имеет смысл побеждать или проигрывать в жизни. И только трусы тратят жизнь на битву с компьютером – не так страшно проиграть. Нет, он не зануда, он не против игр – много интересного, но это не для него. А еще когда-то заметил, что эта индустрия создавалась для детей и использовалась она для их отупения, впрочем, как и дешевые боевики в кино или детективы в книгах. Игромания – оружие для воздействия на мозги целого поколения. А если проследить, где производились эти игры и в какие страны третьего мира продавались с пометкой – «для использования вне страны производителя», – становилось понятно, как все это работает и для чего это нужно. Деградация поколения – значит в будущем слабая нация, значит слабый противник. Опять противоборство и война. Все во благо победы любыми способами.
