– Тогда в подвале, куда меня заперли и сказали, что утром пристрелят…, тем более не хотелось рисовать… Животный ужас и это убогое тело, которое способно лишь бояться… Паралич… Но повезло… Они куда-то уехали и забыли обо мне. Удалось бежать! А потом, идя по той стране, переступая через воронки, через горы трупов, но, оставшись в живых, я поклялся, если дойду, если выберусь – буду снова писать. Буду это делать всегда… Виктор! Как тебе это объяснить?! Хочется снова жить, надеяться на что-то!..
Он замолчал, потом как-то, извиняясь, посмотрел на него, пожалев о своем откровении – нашел время. Тогда Виктор произнес:
– А еще твой Леонардо сотни лет назад сказал: «Где умирает надежда, там возникает пустота».
И в эту минуту вспомнил, сколько всего он прочитал там, на своей горе, в спокойном мирном оазисе, пока эти люди метались по стране в поисках спасения. Лео был удивлен, он не думал, что его способен кто-то понять и с благодарностью на него посмотрел…
– Краски?!.. Что же, едем покупать тебе краски! – засмеялся Виктор.
Теперь они ехали вглубь материка, все дальше уходя от гор на запад, а вокруг только снега и никого вокруг. Словно это была другая планета с неземным пейзажем, пустынная, и только небо, это бесконечное небо напоминало о том, что они по-прежнему здесь. По дороге попался небольшой домик. Он стоял одиноко на невысоком холме, и чудесная панорама открывалась с высоты. Виктор остановился и выскочил из вездехода. Не проваливаясь в снег, он легко шел по твердому насту, направляясь к дому. Что его привлекло – он не знал… Поднялся на крыльцо, поддел замок, легко открыв дверь, и вошел внутрь. Здесь никого не было. Словно ему дали ключи от небольшой виллы, которую он зачем-то купил, и указали адрес. И вот он добрался сюда и теперь осматривался. Было уютно и прибрано. Словно, еще вчера здесь жили люди. Они подготовили все к его приезду и ушли по своим делам. И вдруг он понял, что не хочет отсюда уезжать.
– Ты что? – спросил Леонардо. Он тоже вышел из кабины.
– Если бы я хотел иметь свой дом, наверное, он должен быть именно таким! – неожиданно для себя воскликнул Виктор.
– А у меня уже был такой дом, или очень похожий на этот… Только теперь там совсем другие люди… Люди?!.. Черт с ними… Поехали отсюда!
– Поехали, – Виктор напоследок бросил взгляд с холма, посмотрев на горы, закрывающие половину открывшегося с такой высоты мира, где по другую сторону были только поля, холмы и бесконечная равнина снега… Дальше они ехали молча, и каждый думал о своем. Так бывает, когда вынимаешь что-то сокровенное и доверяешь кому-то еще. А потом только пустота в душе, и повсюду, куда ни посмотреть. Бесконечная белая пустыня, покрытая снегом…
Наконец, они въехали в пригород. Вокруг никого, только закрытые двери домов и магазинов…
– Был август месяц, – вспомнил он. – Два часа ночи – пятницы или уже субботы. А теперь только снег вместо ночной жары…
Магазин был огромным, и они медленно шли по его рядам.
– Снова набираем еду? – спросил Лео.
– Давай немного походим, – предложил Виктор, и Лео с радостью согласился. Он устал от долгого сидения в машине, и теперь они блуждали по огромному помещению, где, наверное, было для жизни все…
Что нужно человеку? – думал он, потеряв Лео из виду, а тот успел повернуть в другую в сторону.
– Стеллажи с продуктами – основная часть магазина.
– Одежда – тоже очень важный отдел.
– Вот фермерский уголок – газонокосилки, садовая утварь, семена… Семена! Значит, снова будет огород! Целая плантация!
– Отдел рыболова – замечательно!
– А здесь масса полезных хозяйственных мелочей – жизнь налаживается!
– Фильмы, музыка – почему бы и нет? Разберемся с электричеством и снова включим эти приборы.
Он разбирал стеллаж с музыкальными дисками. Отдел классики был не таким большим, но кое-что нашлось…
Вдруг замер, услышав дикие крики, подскочил на месте, и, рассыпав диски, кинулся на голос Лео. Пробежав пару отделов, замер, с удивлением глядя на художника:
Леонардо ликовал! Он вопил на все это огромное здание так, что стены сотрясались. Он бегал, он кричал, что останется здесь навсегда, а в руках держал бумагу для рисования, мольберты, краски. Все это не помещалось в руках, и пришлось подвести тележку. Сам Лео, видимо, до этого не додумался.
– Зачем тебе столько? – удивленно спросил Виктор, помогая ему складывать вещи.
– Открою художественную школу! Буду рисовать! Я научу этому всех наших детей! – кричал в запале Лео.
– Научи их для начала читать, – кричал в ответ Виктор, хохоча, – наверняка они даже этого не умеют.
Но Лео его не слышал, он продолжал носиться по магазину, как сумасшедший, перетаскивал коробки с красками, книгами, какими-то альбомами и журналами, а Виктор едва за ним поспевал. Он видел совершенно обезумевшего человека. И, наконец, когда они залезли в кабину и тронулись в путь, Лео произнес:
– Знаешь? Я впервые счастлив за последние несколько лет. Ты не представляешь! Ты был прав – надежда появляется, она с нами, а пустота… Пустота не для нас…
– Это сказал не я, а Леонардо да Винчи, – скромно поправил он сумасшедшего художника.
