– НЕТ!!! – и оба громко захохотали. Смеялась и Сильвия. Он впервые видел, как она это делает. Потом добавил:
– И стол, и кровать, и шкафы мы больше жечь не будем.
Затем подошел к небольшой стойке, выбрал фильм и включил телевизор. Они уселись на большом диване, больше не обращая внимания на потухший камин, потому что стало тепло и светло… А там, за окном уже вечерело, и на многие километры отсвечивал маленький огонек их большой и теплой гостиной. Он светил, словно первая звездочка, упавшая с неба на равнину, на эти холмы, на землю… Первая, но не последняя…
На следующий день он залил целый бак талой водой и проверил сауну. Солнца хватало на все, и на батареи, которые заряжались, поддерживая их жизнь. Сильвия уже хорошо себя чувствовала. Прошли две недели с начала ее болезни, и он попросил Бетти разрешения вывести ее на улицу. Оно того стоило. Был чудесный день. Чистый снег все никак не желал таять и просился, чтобы его скомкали и бросили в кого-нибудь снежком. Бетти возилась у плиты, а они с девочкой прямо перед домом лепили огромную снежную бабу. Почему ее так называли, он не знал. Может быть, это был дед, а не баба? Впрочем, не важно – в голову лезли глупые мысли, а девочка уже пристраивала к голове снежной скульптуры ведро и угольками из камина рисовала глаза.
– Скульптура, – подумал он. – Сюда бы Леонардо, он превратил бы эту огромную долину в гигантскую выставку лепнины из снега и льда.
Он уже начинал скучать без него. За те несколько дней их поездок он успел подружиться с этим чудесным парнем, и теперь ему не хватало его.
Наконец, они долепили свое изваяние и посмотрели наверх. Окошко второго этажа было открыто и, удивительная женщина стояла, откинув в сторону занавеску. Она махала рукой и звала их в дом. Напомнила она маму из его далекого детства, которая точно так же кричала и звала, а он просил еще минутку подождать, потом другую и третью, но все никак не шел. Снова посмотрел на Беатрис – нет, не мама, – просто женщина, близкая и родная женщина стояла у окна и звала его… Их…
Оглянулся – перед ним расстилалась огромная, снежная пустыня, а на ней стоял небольшой уютный домик, и чудесная женщина махала ему из окна рукой. Вот и пределы маленькой белой планеты, где больше ничего и не нужно…
Получил снежком по голове. Потом еще и еще.
– Ах, ты так! – и бросился вслед за противной девчонкой… А та уже успела открыть дверь и нырнуть в дом. И так захотелось услышать, как она смеется. Услышать ее детский голос. Наверное, это единственное, чего не хватало ему сейчас, потому что все остальное у него уже было…
Через несколько дней они решили, что Сильвия уже совсем здорова. Виктор хотел было поехать в магазин, но они уговорили его взять их с собой. То есть, попросила Беатрис, а Сильвия молчаливо, но категорично настаивала. И вот они подъезжают к огромному магазину.
У него был план – он давно присмотрел отдел с семенами и сразу же устремился туда, Бетти пошла за продуктами, а Сильвии понравились большие металлические тележки, и она катала их по залу, потом, подражая взрослым, тоже чинно пошла по рядам. Так они разбрелись по магазину, и на какое-то время он потерял их из виду. Теперь он выбирал пакеты с семенами и удобрениями, знакомые ему лоточки для рассады и мешки с грунтом. Когда-то в этой стране должна наступить весна, и он сделает целую плантацию, обеспечив их небольшую колонию там, в горах, своим урожаем. Конечно, они смогут продолжать жить и здесь, но за тех людей он уже чувствовал какую-то ответственность, и ничего лучше придумать не мог. И как ему не было хорошо с этими двумя женщинами в их замечательном доме – без тех людей он уже себя не мыслил.
И чего не хватает человеку? Казалось бы, есть все – но он ищет что-то еще…
Закончив делать свои «покупки», он позвал Беатрис. Она из глубины магазина крикнула, что ей нужно еще немножко времени. «Немножко» заняло целый час. Он снова окликнул ее, но Бетти ответила, что еще не закончила.
– Ни в чем себе не отказывай! – пошутил он. – Нам открыли кредитную линию!
