Преодолев немало препятствий и пережив не самые приятные приключения, Шен и Байсо приезжают в столицу, но из-за небольшой махинации Джин Фу им придется окунуться в интриги крупнейшего Торгового дома страны.Сможет ли Шен поступить в университет, как он и планировал, или все сорвется в последний момент? Что будет с Мастером, про которого узнали слишком много людей? Пройдет ли Байсо испытание?
Взмыленные служки то и дело пробегали по длинным коридорам с горой свитков в руках. Кабинет господина магического министра находился на втором этаже городского дворца, а архив – в соседнем здании, в подвале. Архивариусы постоянно находили новые свитки, разворачивали их, качали головами и говорили: «Здесь тоже есть про Черный район. Быстро, отнеси господину магическому министру». Служки покорно брали охапку и уходили, сопровождаемые криками: «И поосторожнее там, свитки старые!».
Выйдя из кабинета, один служка, мужчина в годах с побелевшими усами, измученно вытер лоб и спросил у другого служки:
– Ты не знаешь, что за паника сегодня? Мы уже столько перетаскали бумаг, что проще было бы перенести кабинет министра в архив.
Тот сощурил глаза:
– Не задавай глупых вопросов. Скажи спасибо, что господина мэра нет, иначе бы нам еще влетело за то, что громко топаем и много разговариваем.
Дверь кабинета распахнулась, и оттуда вышел сам господин магический министр. Оба служки склонили головы, про себя ругая собственную опрометчивость. Это надо же было додуматься – разговаривать прямо под носом Мин Чиня.
– Передайте в архив, что на сегодня достаточно. Но пусть подготовят свитки к завтрашнему дню, и объясните этим идиотам, что меня не интересуют данные старше десяти лет.
– Да, господин магический министр! Слушаемся, господин магический министр! – в один голос сказали служки и, еще раз поклонившись, убежали.
Мин Чинь вернулся за стол, уселся на потертую подушку и махнул рукой. Чтец взял свиток из левой стопки, развернул его и принялся читать вслух:
– В десятый год от начала правления императора Сан Юй Ди по указу наместника императора в городе Цай Хонг Ши решено возвести вторую городскую стену на южной стороне города, дабы отделить жителей от диких обитателей леса. По проекту архитектора Хэ Чао стена эта будет высотой десять метров и длиной тысячу метров. Для ее постройки необходимо…
– В каком году закончили постройку стены? – резко спросил Мин Чинь, потирая виски. Казалось, что в архив вносили все, что когда-либо происходило в городе: от рождения младенца до пропажи камня из мостовой. Каждое действие, хоть чуть-чуть затрагивающее жизнь города, вносилось в отдельный свиток, который в свою очередь вносился в реестр свитков, а затем этот свиток ложился в один из десятков шкафов архива. И когда Мин Чинь попросил принести ему всю информацию, касающуюся Черного района, он не ожидал столь обширного потока сведений и столь бесполезного.
Неслышно, через заднюю дверь, вошла девушка с подносом, на котором стояли чайник, чашка и два блюдца с любимыми сладостями Мин Чиня. Она плавно опустилась на колени, налила ароматный чай, поклонилась и вышла. Это была младшая дочь Мин Чиня, его гордость и его головная боль.
Министр вдохнул запах чая и улыбнулся, дочь, как всегда, угадала с составом и добавила травы для концентрации ума.
– Стену построили спустя два года, – сказал чтец, пробежав глазами свиток до конца.
– Там есть еще что-то важное?
– Только сведения о денежных затратах на материалы и рабочих. Этот свиток – копия с отчета, отправленного в столицу, с пояснениями о…
– Понятно. Дальше.
Услужливые архивариусы выслали все свитки, где хотя бы раз упоминался Черный район, но спустя несколько часов Мин Чинь понял главное: несмотря на строгий учет и документацию, после постройки стены между Серым и Черным районами городские чиновники вычеркнули этот район. Словно его больше нет. На него не отчислялись средства, никто не знал, какие люди там живут и живут ли вообще, более того, никто не записывал тех, кого выкидывали в Черный район. В результате и сложилась ситуация «города в городе».
С момента вступления в должность Мин Чинь планировал заняться Черным районом, так как ему была неприятна мысль, что он не контролирует какую-то часть своего города. Да, своего, так как Хи Донга министр не воспринимал ни как господина, ни как соперника, относился к нему больше как к удобному инструменту.
Вспыльчивый, хитрый, недальновидный, мэр идеально подходил для силового решения проблем, при этом репутация самого Мин Чиня оставалась безупречной перед императорским советом.
Но текущие проблемы постоянно отвлекали министра, и в результате он получил закономерный результат: в Черном районе завелась своя собственная власть, свой мир, и мальчишка получил, да, по сути, он получил убежище, выскользнув из рук министра.
Мин Чинь взмахнул рукой, чтец поклонился и вышел.
В кабинет снова вошла Мин Лули, поклонилась и опустилась на колени перед столиком отца.
– Ты целый день возишься с этими бумагами, пора бы уже отдохнуть! – встревоженно сказала она.
– Надо закончить с одним важным делом. Принеси мои записи, те, которые помечены цифрой семь. И скажи, чтобы позвали главу стражи Черного района.
– Хорошо, – девушка легко поднялась, сбегала за свитком и ушла.
