А вот меньшая, по сути — колонка для воскресных фельетонов — сочилась ядом. Причем даже не в отношении доклада. Очередной неизвестный, подписавший полную всяких гадостей заметку псевдонимом «Незнакомец», глумился лично надо мной. Кажется, только мой Артемка в столице не знал, что этот щелкопер не кто иной, как Алексей Сергеевич Суворин, но не на дуэль же подонка вызывать⁈
Хотя наверно нужно было. Съездить хоть морду, прости Господи, намылить. А-то, как только он меня не назвал. И «диким самоедом», и «неправильным немцем». И в попытке запечатать прорубленное Петром Великим «окно» обвинил. И над призывами к развитию собственной, русской промышленности издевался. По словам этого… Суворина, что-то путное могли вообще только в Англии… ну может, немного, в Пруссии производить. Мы же, вроде как, должны только учиться. Молча, и не дерзая превзойти европейских многомудрых «учителей».
А как он над моими хоромами в Томске… измывался! Мол, вся просвещенная Европа смеяться станет над вычурностью псевдорусского терема. Мол, раз в Берлине такое не строят, и в Париже — такой архитектуры не найти, так и нечего! Предлагал мне отпустить бороду и сменить фамилию на Жаворонкова, если мне так дороги русские древности. «Так и ежели на сего господина старорусский кафтан одеть, так и то тощие ноги инородца выдавать будут».
Да и вывод у этого… человека получился скользкий. Знает ведь, сволочь, что за прямые обвинения можно и в кутузку загреметь. А вот если только вопросы задать, то это — сомнения, а не утверждения. Вот и интересовался — а не для корыстных ли интересов я все это затеял. Уж не намеревался ли я внушить ложные надежды русским патриотам, с тем, чтоб обобрать их до нитки?
И чего он на меня взъелся? Я этого Суворина вообще знать не знаю, а он этак-то вот. Да главное — злобой от его текста так и веет! Прямо-таки лютой ненавистью. Словно я чуть ли не его личный враг!
Записал и это имя в блокнотик. Решил — нужно попытаться про эту «акулу пера» разузнать. Земля-то квадратная — как говаривали мои племянницы: за углом встретимся!
Во вторник стал искать эту страничку, чтоб добавить еще одного… щелкопера. На этот раз — Московского. Господина Каткова, Михаила Никифоровича из «Московских Ведомостей», даже не постеснявшегося подписаться своим собственным именем.
Катков вообще не стал заморачиваться пустяками. Какие еще прожекты, какая Сибирь, какая промышленность? Немец! Да еще — что-то там смеющий рассуждать о благе России! Кошмар! Ату его!
Вот откуда, спрашивается, журналист постоянно живущий в Первопрестольной и на моем докладе не присутствовавший, мог знать о моих договоренностях со Штиглицем и Гинцбургом? До «жучков» и скрытых камер цивилизация еще не доросла, да и разговаривали мы в отдельном кабинете ресторана дяди Карла, что практически исключает возможность подслушивания. Значит, делаем вывод — Каткова поставил в известность о планах по финансированию Сибирской железной дороги кто-то из тех, кто сидел тогда за одним со мной столом! Остается один вопрос — зачем? Ведь, что самое противное — писарчук-то талантливый! Так все повернул, будто бы немецко-еврейская кодла сговорилась продать половину Родины другим, теперь уже англо-франко-еврейским масонам. И железная дорога этим подонкам, то есть мне с прочими инвесторами, нужна только для облегчения вывоза заграницу уворованных богатств, принадлежащих по праву славянскому народу!
Потом дело дошло и до меня. Снова припомнили дом в псевдорусском стиле и Чуйский тракт — чтоб ворам-англичанам легче было добраться до сердца Сибири. Особенно сильно покоробило отношение автора материала к моим предсказаниям. Этакое вальяжно-покровительственное. Мол — пугаешь, немчура⁈ Так многострадальный русский, благословенный Богом на Великие Свершения, народ, еще и не такие беды способен превозмочь.
Вот что самое забавное — доктор Геббельс, как и этот Катков, тоже не слишком увлекался доказательствами своих теорий. И ведь обоим верили! И за тем и за другим ведь, случись что — люди пойдут! Вот жуть-то где!
Неприязнь этого, московского господина, была мне хотя бы понятна. Он искренне полагает себя настоящим патриотом, и честно ненавидит все не русское. Оставались вопросы к его, Каткова, чрезмерной информированности, но в это наивное время понятия «коммерческой тайны» еще вроде бы не существует. Вполне вероятно, что кого-то спросили — он и ответил. Настораживало только отсутствие в списке «врагов» Асташева и Сидорова. Почему-то их в «продавцы Родины» не записали…
