За пультом капитан Турбин с помощником сноровисто переключали тумблеры каналов связи, запрашивали и выслушивали абонентов, тут же принимали решения и давали указания патрульным. Информации было хоть отбавляй. Турбин никак не успевал вынуть изо рта папиросину с угрожающим свалиться столбиком пепла. Руки были заняты. Плотников поднялся, взял ее у Турбина, ткнул в пепельницу. Взмокший капитан только благодарно мотнул головой и продолжал говорить в микрофон:
— Береза, Береза, я Курган, я Курган, на связь.
Павлу Антоновичу вдруг вспомнились осевшие от взрывов накаты блиндажей, черные лица командиров и орущих до хрипоты связистов... Но это было так, как бы застывшим мгновением. Память как вечная зарубка.
Плотников любил бывать в дежурной части отдела. Правда, тут было шумно от звонков, но именно здесь отчетливо прослушивался транспортный пульс большого города. Со всеми его сложностями, проблемами и неприятностями.
Вдруг все звонки разом прекратились. Турбин перевел дух и полез за новой папиросой.
— Бывает же так, Антоныч: то просто спасу нет, то тишина, как на рыбалке,— засмеялся он.— Как будто все машины хоп и... встали.
— Ну, на это нечего надеяться. Движение — процесс необратимый. Пока колеса вертятся.
— Не говори,— пыхнул дымом Турбин.— Лет через пять по дорогам такие потоки пойдут, что и десяток дежурных не обработает. Полностью на автоматику перейдем.
— Едва ли автоматика потянет,— возразил Плотников.— Баранки ведь не роботы будут крутить...
Турбин хотел ответить, но невидимые абоненты словно проснулись: ожили на пульте лампочки и затрещали звонки.
Когда наконец Гостев прибыл, они расположились в кабинете, и лейтенант развязал тесемочки тощей зеленоватой папки.
— Пока все копии материалов дела. Ознакомьтесь. Я пойду потороплю ребят с розыском «универсала».
Плотников кивнул, достал из футляра очки, поудобнее уселся и стал читать заключение автотехническои экспертизы.
Поиск автомашины ГАЗ-51 Панков начал с совхоза. Оставив Савина на посту, он направился туда под вечер, рассчитав, что к концу дня все совхозные машины съедутся в гараж. Во-первых, в понедельник редко кто перерабатывает, во-вторых, до посевной еще далеко и особенно им разъезжать некуда. Совхозный гараж назывался гаражом чисто условно. Машины, огороженные покосившимся забором, стояли под открытым небом. В каменный добротный бокс на три места технику загоняли только для ремонта.
Двери бокса были растворены. Панков заглушил «Урал» и, стаскивая на ходу краги, вошел. Тускло светили под потолком маломощные лампы. Смотровые ямы занимали два автомобиля ГАЗ-51 и «Победа». Оба грузовика со снятыми колесами стояли мостами на деревянных брусьях, именуемых в просторечье «козлами». Подле машин, сидя на баллонах, перекуривали авторемонтники. Пахло бензином, маслом и ветошью.
— Бог в помощь, работники,— шутя сказал Панков.—
А где завгар?
— До дому подался,— ответил пожилой худощавый слесарь в солдатской шапке.— Рабочий день кончается. Можно сбегать, коли надо.
— Ладно, отдыхайте,— махнул рукой Панков.— Хотел просто поинтересоваться, в каком состоянии техника. Техосмотр на носу.
— Это мы знаем, с самого утра подгонять зачинают. А техника вся тут.— Слесарь развел руки в стороны, словно пытаясь обнять двор.— Из-под снегу не утащат. Сами видите. А эти, значит, на профилактике. Хотя бы вы вмешались, намекнули дирекции, что негоже технику на зиму под небом бросать. Потом вот и мучаемся.
Панков промолчал. Да и что скажешь, если ГАИ каждый год делает представление дирекции совхоза с требованием построить гараж для автомашин. Ладно, за пять лет хоть этот бокс выстроили. Не спрашивают с совхоза за сохранность автопарка, вот дирекция и беззаботничает. Придет, мол, срок, все спишут. Панков старательно заглянул под картеры и убедился, что ни у одного из стоящих во дворе ГАЗов моторное масло не подтекает.
«И то хорошо,— сам себе сказал Панков, заводя мотоцикл.— Теперь осталось двое владельцев — воинская часть и химики».
По дороге на пост Панкову крупно повезло. Навстречу попался защитного цвета «газик» с широкой красной, отороченной белым полосой по бортам. ВАИ. Военная автоинспекция. Панков помигал светом фары, «газик» послушно принял вправо и остановился.
— Инспектор Панков,— подняв руку к козырьку, сказал старшина.
— Гвардии рядовой Петухов,— доложил молоденький водитель, улыбаясь во весь рот.
— Чему радуешься? — удивленно спросил Панков.
— А вы же у нас в части вождение принимали, товарищ старшина. Всех в пот вогнали.
— Я не принимал, я только в комиссии был,— добродушно проворчал Панков. Глядя на солдата, он опять подумал о сыне.— Выходит, мы с тобой теперь коллеги,— снисходительно сказал Панков.— Блюстители правил движения.— Он обошел «газик» и сел рядом с водителем.
— Ты там служишь, за сосновым бором? — спросил Панков.
— Так точно.
— Ну, раз мы с тобой соратники, скажу прямо: мы ищем автомашину марки ГАЗ-51.
— Наезд? Или авария? — бесхитростно полюбопытствовал водитель, но старшина на вопрос не ответил. Он и сам еще не знал, что сделал шофер грузовика. Может, и ничего.
