Столкнувшийся полностью

Я поднял глаза от экрана ноутбука и увидел, что мама смотрит на меня с беспокойством. Сегодня я решил поработать дома, чтобы не поддаться искушению написать Хаксли и попросить его встретиться со мной, чтобы перекусить. Становилось все труднее делать храброе лицо, и хотя я смирился с тем, что все так и должно быть, это не означало, что это должно мне нравиться.

— Ничего страшного. Я в порядке.

Мама села за стол рядом со мной и положила руку на мою.

— Коул. Я знаю тебя, и в последнее время ты был сам не свой. Ты выглядишь... грустным. Если тебе нужно о чем-то поговорить... - Она сделала паузу, окинула меня изучающим взглядом и вздохнула. — Ты знаешь, что можешь говорить со мной о чем угодно. Я обещаю, что выслушаю.

Это было заманчиво, но нет. Я не был ребенком, который может пойти поплакаться родителям, и они все сделают. Никогда не был. Я не сомневался, что она была искренней, но это был секрет, который мы с Хаксли унесли бы с собой в могилу.

— Я в порядке, - сказал я снова. — Просто устал. У меня было много дополнительных смен в клубе. - Смены, которые мне не требовались, но я вызвался, потому что, по крайней мере, когда я был занят, у меня не было времени думать о Хаксли. Кроме того, они давали такой эффект: я так уставал, что легко засыпал и спал крепким сном, а не ворочался всю ночь, задавая себе бессмысленные вопросы, на которые не было ответов.

Поднявшись на ноги, она поцеловала меня в макушку.

— Я серьезно, Коул. Если тебе нужно о чем-то поговорить...

Я заставил себя улыбнуться.

— Спасибо, но я в порядке. - Мой телефон, как спасательный круг, выбрал этот момент, чтобы зажужжать, и я набросился на него, радуясь возможности уйти от разговора. Мама снова вздохнула, но поняла намек и оставила меня. Открыв телефон, я обнаружил, что меня ждет сообщение от Тома.

ТОМ: "The Frog and Fiddle" завтра в 7 вечера. ПРИХОДИ

Моя вынужденная улыбка превратилась в искреннюю.

Я: Вы попали в список?

ТОМ: Да, детка! Это место может сделать или разрушить группу. Я в восторге. Вчера было прослушивание. Группа, которая выступала на разогреве у главного артиста, вынуждена была отказаться от выступления, потому что у вокалиста аппендицит, и они спросили, не хотим ли мы занять это место.

Это было очень важно. Том и Хаксли говорили со мной именно об этом месте, и, насколько я слышал, они ждали очереди на прослушивание. А теперь они действительно собираются там играть?

Я: Да, черт возьми! Рад за вас, ребята.

ТОМ: Тебе лучше быть там. Никаких отговорок. Нам нужен наш оригинальный фанат. Роб говорит, что ты - талисман удачи.

Я: Я буду там

ТОМ: Хорошо. Мы уже записали твое имя на входе, так что тебе не нужно беспокоиться о билете.

Хакс просил передать тебе сет-лист. Мы выступаем на разогреве у другой группы, поэтому играем короткую версию.

Он прислал фотографию листа бумаги с названиями песен, написанными маркером, и я сделал мысленную пометку запомнить их порядок.

Я: Спасибо. Тогда до завтра. Не сломай ногу или что там еще

ТОМ: До встречи. Будь там в 7. Не опаздывай. Ты не захочешь это пропустить.



Музыкальная площадка была заполнена зрителями от стены до стены. У меня не было ни малейшего шанса подойти к сцене, но это и не важно. Я был рад, что у группы появилась такая возможность, и хотел только одного - чтобы все увидели, какими потрясающими были 2Bit Princes.

Протискиваясь сквозь толпу, я в конце концов добрался до бара. Взяв свой напиток, пересел на дальний край, где было потише, и поднес пинту к губам. Отсюда открывался хороший вид на сцену, и я был немного отстранен от толпы.

В прошлый раз, когда я видел выступление 2Bit Princes, все было по-другому. Во-первых, там были наши родители, но не только это, Хаксли был моим, хотя нам и приходилось это скрывать. Теперь я плыл по течению. Я чувствовал себя, как клише фанатки, безнадежно влюбленной в солиста группы, хотя моя ситуация была немного другой, потому что я знал, каково это - чувствовать Хаксли рядом с собой. Обнимать его всю ночь. Делиться с ним своими секретами.