— Я не жду, что ты начнешь называть меня папой, и никогда не мечтал бы занять место твоего родного отца. Но мне бы хотелось, чтобы ты воспринимал меня как отца. В моем понимании, у меня появился еще один сын, и я хочу для тебя только самого лучшего.
Когда он отпустил меня, мама, улыбаясь, потирала глаза.
— Спасибо, что ты так хорошо ко всему относишься, Коул. Я очень горжусь тобой, - прошептала она, я обнял ее и поцеловал в щеку.
Мне требовалось выпить, потому что я каким-то образом умудрился выставить себя святым, а Хаксли - еще хуже, и чувство вины снова давало о себе знать. Поднявшись обратно в отель, я направился к бару, заказал рюмку водки и опрокинул ее.
— Еще одну, - сказал я бармену, когда рядом со мной кто-то остановился.
— Мне то же самое.
Хаксли стоял рядом со мной. За то короткое время, после того, как я видел его в последний раз, он избавился от пиджака, жилета и галстука, и теперь был одет в белую рубашку с закатанными рукавами, обнажающими татуировки, идущие по одной руке. Его обесцвеченные волосы были взъерошены, словно он провел по ним руками, он барабанил кончиками пальцев по барной стойке, его черные ногти блестели, бликуя на меня. Черт возьми, он выглядел сексуально.
Но это не отменяло того факта, что я его ненавидел. Это просто означало, что у меня хорошее зрение.
Он бросил на меня косой взгляд, предупреждая, чтобы я не связывался с ним, а я и не собирался. Все, чего я хотел, - это пить до тех пор, пока не забуду о его существовании.
Когда бармен поставил перед нами рюмки, я поднял свой бокал.
— Хочешь выпить?
Его темные брови поднялись, а его взгляд встретился с моим.
— За что?
Я пожал плечами.
— За то, чтобы забыть, что этот день вообще был?
— Я, блядь, выпью за это, - пробормотал он, поднимая свой бокал. Мы одновременно поднесли рюмки к губам и выпили.
Уже второй раз за сегодня мы были солидарны друг с другом, но я сомневался, что это когда-нибудь повторится.
6

Зевнув, я вышел из бокового входа клуба Revolve, где подрабатывал барменом. Было уже три часа ночи, и единственное, чего мне хотелось, - это вернуться домой и вырубиться в своей постели.
Я сунул руку в карман и потянулся к телефону, чтобы заказать Uber. Пальцы наткнулись на скомканный листок бумаги, и я вытащил его. Имя "Джон" заглавными буквами над номером телефона. Может быть, мне стоит написать ему. Насколько я помнил, он был симпатичным. Как гей, работающий в гей-клубе, я никогда не испытывал недостатка в номерах, к тому же у меня было довольно много сообщений с предложениями познакомиться в местном приложении HookdLDN, но я пользовался своими возможностями реже, чем, как я подозревал, большинство людей.
Когда я засовывал листок обратно в карман, мой телефон начал вибрировать, заставив меня подпрыгнуть на милю. Сердце бешено забилось, я поднял его, увидел незнакомый номер, и сразу же нажал "Ответить". Как правило, я не отвечала на незнакомые номера, но если кто-то звонил мне в три часа ночи, я не мог рисковать и не ответить, вдруг это было важно. Мама и Дэвид уезжали в медовый месяц, в месячный круиз, и если бы с мамой что-то случилось...
— Алло?
— Это... - Голос на другом конце провода сделал паузу. — Вы знаете мистера Хаксли Грейнджера?
Из моего горла вырвался шокированный звук. Хаксли?
— Да. Он... он мой сводный брат. Кто это...
— Верно. Вы сможете добраться до Ханиборн Роуд? Мистер Грейнджер попал в аварию. Его сильно трясет. Он попросил нас позвонить его сводному брату.
Пытаясь успокоить учащенное сердцебиение, я постарался сохранить ровный голос.
— Да. Это я. Коул Кларк. С ним все в порядке? Что случилось?
— Наверное, будет лучше, если вы приедете сюда как можно скорее. Кто-нибудь сможет ответить на ваши вопросы.
Получив точное местоположение и положив трубку, я, не теряя времени, поймал черное такси. К черту ожидание Uber, мне нужно было попасть к Хаксли прямо сейчас.
Всю дорогу у меня тряслись руки, а сердце колотилось в груди. В голове снова и снова возникал один и тот же вопрос, пока такси с грохотом неслось по тихим улицам.
Почему Хаксли попросил их позвонить мне?
Мигающие огни прорезали темноту, и я напрягся всем телом, сканируя взглядом дорогу впереди. Синие вспышки освещали ночное небо, резко выделяя здания по обе стороны дороги.
— Это максимум куда я могу проехать. Полицейский кордон. - Водитель указал пальцем на характерную ленту, протянувшуюся через дорогу и развевающуюся на ночном ветру.
— Все в порядке. Спасибо. - Выскользнув из кабины, я нырнул под ленту и замер, разглядывая открывшуюся передо мной картину.