Столократия полностью

Такая структурированность позволила сломать традиционное для средневековья соотношение строевых и нестроевых. В большинстве боестолкновений этой эпохи собственно бойцы составляют малую часть всего войска. Описывая Бряхимовский бой, я про это уже... Мы же приближались к нормам германских дивизий 41 года в две трети строевых.

При моём нежелании иметь армию многочисленную, высшие звания носили характер парадный, символический. Ибо структуру войска мы подгоняли под решаемые задачи и противников. А не под названия командирские.

К примеру, опыт сразу показал, что полезнее иметь в десятке не 10 человек, а 8. Их взаимодействие, перестроение, польза, особенно в обороне, оказывались выше, а потери ниже. Потому десятник командовал "десятком" из 8 человек. Включая самого себя.

Четыре десятка составляли турму. С командирами и нестроевым - 35 душ. У сотника были полторы сотни, у полковника - шесть. Однако, к примеру, в нашем Русском Легионе, в полках было по четыре копейных сотни, стрелецкая, две конных (легкая и тяжёлая) и обозная. Что давало по штату полка тысячу двести человек. А в Легионе, составленном из 4 полков - шесть тысяч. С учётом обеспечивающих и специальных подразделений. Но не считая приданных из местных или союзных.

Я старательно избегал создания соединений такого размера. Однако люди видели перспективу. Предполагали возможности. И, конечно: "Плох тот гридень, который не мечтает стать маршалом!". В смысле - тёмником.

***

-- Вровень с рангами воинскими идут ранги мирской службы. А названия им такие: писарь, дьяк, смотритель, советник, магистр, префект, визирь.

***

"Писарь, дьяк..." - историки побьют. Два этих звания в русской истории в гос.службе никогда не сходились вместе. Либо одно, либо другое.

Как я понимаю Петра Великого! Когда он мучительно напрягал фантазию, чтобы хоть как-то назвать ступени практически отсутствующей в России гражданской службы.

Страна была создана войной, страна жила войной. Бесконечная, "испокон веку" война на уничтожение на южной границе. Чуть короче, пол-тысячелетия, куда длиннее англо-французской Столетней, война на западе. С литовцами, с польско-литовцами... Воюющей страной управляли военные. Воевод назначали градоначальниками даже в глубоко мирные города. После Смутного времени донскими казаками в городках Залесья ставятся сотники, атаманы. Казачьи атаманы, головы, сотники, сторожевые казаки приравнивались к "детям боярским"

Вот и приходилось Петру для статской службы придумывать странные для русского слуха "коллежский асессор", "сенатский регистратор" или многословные конструкции: "Действительный тайный советник Первого класса".

Я бы позаимствовал византийские слова из разных эпох. Но вы себе представляете, как будет у нас звучать "великий стратопедарх"? "Старопердурх"?

Не только в названиях позволяю себе править Петра. Военные чины приравнены к соответствующим им гражданским. Против чего Пётр возражал.

Устанавливаю, хотя народом пока не понято, сословное равенство:

"Сыновья титулованных лиц не получают никакого чина, пока "отечеству никаких услуг не покажут, и за оные характера не получат".

Нас, хоть как-то титулованных, аж шестеро: Аким, Ольбег, Марьяша, Чарджи, Лазарь в Боголюбово, и я. Возражать - некому. Сословные интересы выражаются личностями. Среди перечисленных - дураков такое мне выражать - нет.

Иван Грозный и Пётр Великий, проводя свои реформы, имели вокруг себя мощные группы старой аристократии. Чьи права, привилегии были выстраданы поколениями. Самодержцы должны были опираться на аристократов - другого-то нет! Вся система столетиями так строилась. И, одновременно, разрушать эту опору, создавая новые сословные группы, обеспечивающие изменения, подтягивание страны к новым историческим условиям.

Реформы унижали массу уважаемых людей. "Унижали" - в их сиюместном сословном понимании. Люди обижались, устраивали заговоры. Казни, репрессии...