Марджери отметила, что юная нянька Дот зарделась при появлении Роджера. Ее сын, сам того не ведая, разбил немало женских сердец этой своей кривой ухмылочкой, и Дот наверняка была бы не против с ним переспать. Значит, хорошо, что он уезжает в университет; Дот, конечно, милая девчушка и с младенцами умеет обращаться, но Роджеру она никак не пара.
Интересно, кстати, а о каком будущем мечтает сам Роджер?
– Ты уже думал, чем займешься после Оксфорда? – спросила Марджери своего сына.
– Хочу изучать законы, – ответил Роджер.
Любопытно.
– Зачем?
– Это очень важно. Законы создают страну.
– То есть на самом деле тебя интересует правительство?
– Может быть. Знаешь, я всегда слушал отцовские рассказы о заседаниях парламента – как там договариваются, как решают, как принимают то одну сторону, то другую…
Сам покойный граф Барт не считал парламент сколько-нибудь занимательным и всякий вызов в палату лордов воспринимал как тяжкую обязанность. А вот настоящий отец Роджера, Нед Уиллард, отличался особым пристрастием к политике. Поди скажи, что дети не похожи на родителей.
– Глядишь, однажды ты станешь членом парламента от Кингсбриджа и будешь заседать в палате общин, – ободрила Марджери.
– Ну да, с сыновьями графов такое случается. А куда денется сэр Нед? Он же от нас заседает.
– Он рано или поздно выйдет в отставку. – Причем с радостью, мысленно прибавила Марджери, особенно если узнает, что ему на этом посту наследует сын.
Внезапно снизу донеслись громкие голоса. Роджер поспешил наружу и вскоре вернулся со словами:
– Приехал дядя Ролло!
Марджери опешила от неожиданности.
– Ролло? – переспросила она недоверчиво. – Он же не приезжал в Новый замок бог весть сколько лет!
– А теперь вот приехал.
Внизу слышались радостные возгласы – Бартлет радушно встречал своего героя.
Сесилия весело обратилась к сыновьям:
– Сейчас вы познакомитесь со своим дядюшкой Ролло.
Марджери отнюдь не спешила приветствовать брата.
Она передала Пролазу Роджеру и встала.
– Присоединюсь к вам позже.
Она вышла из детской и направилась по коридору в свою комнату. По пятам за нею следовал ее верный мастиф Максимус. Бартлет и Сесилия после свадьбы заняли, разумеется, лучшие покои в замке, а вдовствующей графине Марджери отвели вполне достойный уголок со спальней и будуаром.
Войдя в будуар, она плотно прикрыла дверь.
Грудь распирало от холодной ярости. Когда Марджери узнала, что Ролло использовал священников, которых она опекала, чтобы поднять восстание против короны, она отправила брату короткое зашифрованное послание; там говорилось, что больше она не будет помогать ему тайно переправлять католических священников в Англию. Он не ответил, и больше с тех пор они не общались. Марджери часами напролет сочиняла обличительную речь, которую собиралась обрушить на Ролло, если тот вдруг объявится. А теперь, когда брат и вправду появился, она растерялась, не зная, что ему сказать.
Максимус лег к очагу, а Марджери встала у окна и посмотрела наружу. Стоял декабрь; челядь передвигалась по двору, закутанная в плотные накидки. За стенами замка поля застыли, земля словно одеревенела, лишившиеся листвы деревья грозили голыми ветками серому небу. Марджери требовалось время, чтобы вернуть самообладание, а пока она продолжала пребывать в смятенных чувствах – и взяла в руки четки, чтобы хоть немного успокоиться.
Она слышала, как слуги тащат по коридору тяжелые сундуки. Судя по всему, Ролло решил поселиться в своей старой спальне, прямо напротив ее нынешних покоев.
Вскоре в дверь постучали, и Ролло переступил порог.
– Я вернулся! – объявил он радостно.
Брат совершенно облысел, а его борода, когда-то рыжая, стала пегой.
Марджери окинула его ледяным взором.
– Зачем ты приехал?
– И я очень рад тебя видеть, сестренка, – язвительно ответил он.
Максимус негромко зарычал.
– А чего ты ждал, скажи на милость? – воскликнула Марджери. – Ты обманывал меня много лет! Ты ведь знал, что я ненавижу, когда христиане убивают друг друга за веру, но воспользовался моим доверием! Из-за тебя моя жизнь превратилась в трагедию.
– Я выполнял Божью волю.
– Позволь тебе не поверить. Подумай обо всех жизнях, который унес твой заговор! Ты не пощадил и Марию, королеву Шотландскую!
– Она теперь блаженствует на небесах.
– Так или иначе, я не стану тебе помогать, и на Новый замок можешь не рассчитывать.
– Сдается мне, с заговорами покончено. Мария Шотландская мертва, а испанская армада разгромлена. Но если представится случай начать все заново, найдутся и другие надежные места, помимо Нового замка.
– Я единственная во всей Англии знаю, что ты и есть Жан Ланглэ. Не боишься, что я выдам тебя Неду Уилларду?
Ролло усмехнулся.
– Ты меня не выдашь, сестра, – произнес он уверенно. – Ты можешь раскрыть меня, но тогда и я раскрою тебя. Возможно, я не сделаю этого сознательно, но наверняка признаюсь под пытками. Ты прятала у себя священников много лет подряд, а это серьезное преступление. Тебя казнят – быть может, тем же способом, что и Маргарет Клитероу, которую задавили до смерти.
Марджери с ужасом уставилась на брата. О подобном исходе она как-то не задумывалась.
