— Как? Чтобы какой-то остроухий обошел меня! — гневно вскрикнув, Гимли отправляет еще одного урука на тот свет. Но я не могу не посмеяться над невозмутимостью вечно веселого наугрима.
— Не ссорьтесь, — уворачиваясь от черного клинка дикаря, кричу я. — У меня уже девятнадцать, наслаждайтесь своим проигрышем, — знакомая мне уже стрела быстро находит свою цель в лице моего противника. Негодующе смотрю на Лесного принца, который с довольной улыбкой подмигивает мне. — Это нечестная игра, Аранен!
— А кто сказал, что я играю честно? — когда у него, черт возьми, уже стрелы закончатся? Вот тогда-то мы и будем играть на равных. Вскидываю руками на данный вопрос Леголаса, после чего стремительно всаживаю лезвие клинка в грудную клетку урука, который вот-вот должен был быть на стене. Эта тушка падает обратно, завлекая за собой еще нескольких орков, лезущих наверх. Напрягаюсь и со всей силы отталкиваю лестницу. Это немного замедлит нападающих.
На другом конце стены замечаю несколько детей, которые испуганно бегают и стараются увернуться от тяжелых ятаганов орков. Стремглав бросаюсь на помощь несчастным детишкам. Я все еще считаю, что они должны быть в пещерах вместе со своими мамами. Ну, ничего, об этом всем я еще успею сказать королю Теодену.
Еще никогда в жизни я так сильно не боялась за чью-то жизнь. Они же так невинны и чисты, зачем пачкать детские руки в крови. Эти юнцы еще успеют за свою жизнь повидать жестокости и смерти, ведь мы живем не в самом безопасном месте.
— Вы в порядке? — пробравшись к мальчишкам, тут же спрашиваю я. В ответ получаю лишь утвердительные кивки. — Держитесь рядом со мной, вас надо увести отсюда подальше, — с этими словами пытаюсь глазами найти укромный уголок, где дети смогли бы чувствовать себя в некоторой безопасности. Но, как на зло, весь обзор закрывают несметные тела орков. Они словно вырастают из ниоткуда. Кровь льется рекой, а мой клинок, кажется, пропитался ей.
Крики за спиной усиливаются, а я лишь быстрее спускаюсь по лестнице, уводя за собой детей. Они чертовски перепуганы. И я не удивлюсь, если по ночам впредь им будут сниться исключительно кошмары. Эти уродливые рожи напугают любого, даже самого закаленного в сражениях воина.
— Спасибо Вам, — искренне благодарит меня мальчик, что постарше.
— Я рада, что оказалась там, — отправляю детей подальше от разгорающегося сражения. И лишь увидев, что они спрятались, вновь начинаю подниматься на стену. Но, оказавшись на ней, замечаю встревоженный взгляд Леголаса, а следом за этим по всему ущелью разносится оглушительный взрыв.
Меня откидывает в сторону, и я даже не успеваю сообразить, что вообще произошло. Я только поднялась на стену, когда снова оказываюсь за ней, лежащей на сырой от крови и дождя земле. Правую щеку неприятно саднит, а по голове словно молотом ударили, в ушах стоит дикий звон.
Болезненно застонав, переворачиваюсь на спину. И только сейчас до меня доходит, что эти ублюдки подорвали стену. Пытаюсь отогнать от себя тошноту и головокружение и встаю на ноги. Совершенно не удивляюсь, когда, прикоснувшись пальцами к голове, замечаю на них кровь. Я бы больше удивилась, если бы вышла целехонькой.
Вовремя прихожу в себя, когда орки с дикарями прорываются через стену. Неподалеку от себя вижу Арагорна. Он, как и я, пытается прийти в себя после неудачного падения. А на подмогу к нам из ниоткуда выпрыгивает непоседливый гном. Он, в прямом смысле этого слова, налетает на неугодных ему орков и взмахами своей смертоносной секиры обезглавливает противников.
Что ж, настало время стать лидером для своего народа. Откидываю косу за спину и встаю перед галадримами. Они говорили, что ждут того момента, когда я поведу их в бой. Время пришло. Взмахиваю несколько раз клинком, рассекая им воздух.
— Возможно, это наш последний бой, поэтому спрошу у вас в первый и последний раз, — в пол-оборота поворачиваюсь к эльфам. — Вы со мной? — я не смогу заполучить их доверие лишь своим положение дочери Леди Галадриэль. Эльфы не станут верить мне и, тем более, слушаться моих слов, если я буду относиться к ним как к вещам.
— Мы с тобой, Аранель! — выкрикивает кто-то из толпы, поднимая эльфийский клинок к небу. Его клич перехватывают и остальные. И это заставляет мое сердце затрепетать. Еще никогда прежде я не чувствовала себя настолько нужной и важной. Обычно все старались уберечь меня. Да, даже в этих нескончаемых странствиях Гэндальф держал меня подальше от особенно опасных мест.
— Эм дарта тур эгор гвану*, — громогласно произношу я, начиная наступать на прорывающихся орков. — Пид ма магол тйав орхот агар! ** — мой клинок обрушивается на первого подошедшего орка. А за моей спиной разгорается нешуточная битва. Эльфы с небывалым ранее воодушевлением нападают на дикарей и уруков. Те даже не подозревали, что мы еще способны на подобную прыть.
*Нас ждет победа или смерть.
**Пусть наши мечи испробуют орочьей крови.
