Когда он увидел людей, следующих за ними, простых людей с фургонами, гружеными пожитками, запряженными их жалкими животными, он понял, что там действительно что-то не так. Нечто большее, чем просто пожар на какой-нибудь плантации Уильямсбурга.
— Послушайте… — Уилкенсон развернул своего гнедого и остановился рядом с фермером, который вел на север вдоль дороги старую тягловую лошадь. Лошадь, в свою очередь, тянула тяжелую повозку, набитую семьей фермера и некоторыми пожитками. Глядя на его земные блага, Джордж не мог понять, зачем ему нужно тратить столько сил на спасение всего этого.
— Что случилось? Куда все идут?
— В любые места. Прочь. Лишь бы подальше. Дьявол в Уильямсбурге. Земли приливных вод атакованы. Сожжены все плантации вдоль реки Джеймса.
— Как так? Кем? Кто сжигает плантации?
— Не знаю. Ходили слухи, что снова голландцы, но это ведь не имеет значения, не так ли?
В какой-то степени этот человек был прав, хотя Джордж и догадывался, что это не голландцы. На самом деле, у него было хорошее представление о том, кто это на самом деле, и эта мысль вызвала у него неприятное чувство в животе. Он слышал это от капитана «Братьев Уилкенсон». Пираты. Бесчеловечная, дикая сила, выходящая за рамки человеческого поведения.
Он снова развернул свою лошадь и продолжил свой путь на юг, скача изо всех сил, обгоняя постоянно растущий поток людей, бегущих из столицы.
Наконец, он добрался до огромной кучи земли и строительных материалов, которая вскоре станет дворцом губернатора, и продолжил свой путь в сердце Уильямсбурга. Судя по тому, что он увидел, здесь царил абсолютный хаос: лошади и фургоны, заполнили улицу, а люди выбегали из домов с охапками вещей, загружая их в любые транспортные средства, которые у них были, а затем спешили за новыми.
Он слышал громкий, гневный крик, вопль, плач детей, топот десятков, мчавшихся во все стороны лошадей и пьяные проклятия тех низов, которые нашли свое убежище в бутылке.
Он остановился возле тюрьмы. Шериф Витсен собирал людей, которые должны были поддержать его. Пока с ним было пять человек.
— Шериф, шериф! — Уилкенсон спрыгнул с лошади и поспешил к нему. — Шериф, что, черт возьми, происходит?
— Это чертовы пираты, черт возьми их черные души. Боже мой, — обратился Витсен к одному из добровольцев, — это ружье прошлого века, оно разнесет тебя к чертям, если ты из него выстрелишь. Иди в оружейную и принеси другое.
Витсен снова повернулся к Джорджу Уилкенсону. — Они вышли на берег около полудня, к северу от острова Хог. Сначала пришли к Финчу. Я думаю, это было первое поместье, которое они увидели. Большая часть семьи сбежала, рабы тоже, но, закончив веселиться, они сожгли его. Перебрались на плантацию Нильсона и с ней тоже покончили. Последнее, что я слышал, это было около получаса назад, что они сейчас на плантации Пейджей.
Двое мужчин на мгновение замолчали, пока шум и неразбериха кружились вокруг них. Не было нужды говорить, о чем оба думали. Дом Пейджей находился чуть выше по дороге от дома Уилкенсонов.
— Что с городской стражей? — спросил Уилкенсон.
— Вызвали их, но большинство из них слишком беспокоятся о безопасности своих семей, чтобы явиться сюда. Я послал к ним человека, который пытается их собрать, но я не очень надеюсь на это.
Пираты почти подошли к его дому, и не было никакой защиты, которую могла бы предложить колония. Джорджу казалось, что он стоит на лужайке совершенно голый.
А потом ему пришла в голову еще одна мысль, и он почувствовал, что краснеет от гнева. — Но где морская охрана? Где великий Марлоу и его маленькая драгоценная банда? Похоже, это же его компетенция.
— Сегодня утром морская охрана спускалась вниз, и сражалась с пиратами, около часа. Не знаю, что случилось, но теперь она стоит в Джеймстауне. Они просто сидят там.
— Ну, почему же им никто не прикажет идти воевать с этими разбойниками?
— Я предложил то же самое губернатору. Губернатор сказал, что Марлоу никому не подчиняется.
— Верно. Что ж, этого и следовало ожидать. Марлоу такой же пират, как и любой из этих ублюдков. Несомненно, к концу недели он сам разграбит всю сельскую местность. Его нужно увалить.
— Я в этом не сомневаюсь, если останется кого уволить. Но видишь ли, твой отец реквизировал много припасов пороха, дроби, стрелкового оружия у городской стражи. Наверное, он заранее думал, что такое может случиться. Я думаю, он готовится к какой-то защите. Как только мы соберем здесь людей, мы отправимся на вашу плантацию и, может быть, сможем задержать их там или загнать обратно в реку.
— Надеюсь, вы правы, — сказал Уилкенсон, садясь в седло. — Я поеду прямо на нашу плантацию и посмотрю, что можно сделать.
Это было равносильно тому, что мчаться в бой по знакомой извилистой дороге из Уильямсбурга на плантацию Уилкенсона. Солнце скрылось за деревьями на западе, а южную часть неба заволокло огромное облако дыма, поднимавшееся столбами из нескольких мест и окрашенное в красный, розовый и желтый цвета.
