Земля стремительно приближалась, но внезапно появилась тяжесть, Ярославу прижало к жестким чешуйкам, а Томас рухнул вниз лицом. Не медля, он вскочил на четвереньки, пополз, хватаясь за выступы костяной брони, к загривку дракона. На шее дракона был хомут, в нем торчали кинжалы, впиваясь в щели между чешуйками.
Видя Томаса уже за своей спиной, последний из седоков ухватился за рукояти кинжалов, и дракона бросило вправо, влево, затем тяжесть прижала Яру так, что она бездыханно распласталась на жестких колючих плитах. Крылья били по воздуху часто и мощно. Их стремительно вздымало вверх, уносило от земли. Томас дополз, щерясь от упругого ветра, короткий меч блестел, зажатый в зубах. Враг оглянулся, побелел, голос сорвался на визг:
— Погоди!.. Не убивай!
Томас стиснул пальцы на рукояти, другой рукой держался за выступы.
— Почему?
Дракон раскинул крылья во всю ширь, парил. Плиты под ногами людей то раздвигались, открывая толстую розовую кожу, то сдвигались, поскрипывая краями. Из глубины слышалось тяжелое дыхание. Человек вскрикнул:
— Я могу усмирять дракона!
— Только ты?
— Да! Он сожрет вас обоих!
Томас мощно рванул его за шиворот. Яра в ужасе видела, как ноги человека отделились от темно-зеленой плиты. Растопырив руки, он исчез, подброшенный свирепым ветром, остался долгий затихающий крик. Томас даже не посмотрел вслед, дракон согнул шею, окинул недобрым взглядом новых седоков. Глаза стали наливаться желтым хищным огнем.
— Томас!
— Сиди, — велел Томас, не оборачиваясь.
— Я привязана!
— Хоть кто-то догадался...
Он сел на место последней жертвы, ухватился за рукояти кинжалов. Дракон недовольно хрюкнул, отвел горящий взор. Теперь он взмахивал крыльями размеренно, неспешно, поддерживая себя в слабых воздушных течениях. Яра вскрикнула:
— Что ты делаешь?
— Сиди, женщина!
Спина Томаса горбилась, он что-то делал. Яра даже не решалась дергаться, ноги соскальзывали с гладкой чешуи, если бы не привязали сразу, уже упорхнула бы следом за несчастными.
— Ты берешься... управлять драконом? — крикнула она неверяще.
— Плевое дело, — ответил он. — Это не конем! То на землю грохнешься, то о дерево зацепит, то за ветку головой на полном скаку, то еще что... А здесь — небо! Лечу, куда хочу.
Она знала, что он наглый до невозможности, но чтобы оказаться наглым настолько, даже не могла вообразить и поверить. А он что-то бурчал веселое под нос, трогал рукояти кинжалов, дергал, постукивал, и дракон послушно сворачивал, поднимался и снижался.
Внизу проплывал лес, реки и озера, показался горный хребет. Дракон сделал полукруг, Томас наклонился, едва не падая, что-то высматривал. Яра спросила в страхе:
— Ты... уже бывал на драконах?
— Я даже на верблюде ездил, — ответил Томас гордо. Он не оборачивался. — А дракон — что, большая корова с крыльями.
— Тогда ты маг?
— Еще какой! — ответил Томас с еще большей гордыней. — А ручки-то вот они... ха-ха!
Она не поняла последнего заклинания, но явно оно было мощное, так как Томас заметно воспрянул духом, повеселел. Дракон растопырил крылья, скользил в воздушных струях, слегка покачивался с боку на бок. Яра почти видела идущие снизу мощные потоки, на которых держался огромный зверь и среди которых лавировал. Если бы не прилипшая к телу мокрая одежда, то полет сквозь встречный ветер мог бы понравиться!
Яра потеряла счет времени, не знала сколько она просидела под пронизывающим ветром на спине дракона. Гребень был слабой защитой от ледяных струй воздуха. Томас горбился на загривке, и она не могла понять, как это он управляет страшным зверем, но от холода мысли текли вяло.
Внезапно Яра ощутила, что дракон широкими кругами направляется вниз. Ей казалось, что это земля вращается, как в водовороте, в желудке стало холодно, она чувствовала подступающую тошноту.
— Очень озябла? — донесся сочувственный голос Томаса.
— Спа...си...бо... — простучала она зубами. — Но я могла бы потерпеть еще чуть...
Дракон подобрал крылья, пошел вниз круче. Воздух свистел в ушах, Яра пряталась за гребнем от пронизывающего ветра. Томас бросил ей удивленный взгляд.
— Ты решила, что я сажаю дракона ради тебя? Чтобы не околела вовсе?
— А... нет?
Он отвернулся, Голос был напряженный:
— Ты забыла, что чаша пока что в руках твоих друзей.
Яра ощутила злость — бесчувственный зверь, бесчувственнее дракона! — но и чувство вины кольнуло в сердце. Она сжалась в комок, воздух уже наполнялся запахами земли и леса, затем мелькнули и побежали назад верхушки деревьев.
Их подбросило, затрясло часто и сильно. Дракон остановился, часто дыша, потащил крылья на спину. Томас быстро разрубил веревку на руках Яры.
— Беги в лес.
— А ты?
— Беги, говорю!
Она послушно прыгнула, упала, перекатилась и, вскочив, побежала на подгибающихся ногах к деревьям. Уже оттуда бросила испуганный взгляд через плечо. Томас что-то делал с ярмом, дергал, ломал, наконец отшвырнул обломки и прыгнул на землю.
Дракон медленно поднял голову, оглядел окрестности. В огромных глазах загорались огоньки, он словно просыпался ото сна. Упершись всеми четырьмя в землю, встряхнулся, как огромный пес, из пасти вырвался дым.
