Бекаро вдруг сильно разнервничалась. Но прежде, чем она подошла, Шарко успел заметить, что и это досье тоже было исчеркано заметками и замечаниями относительно того, какое поведение следует избрать. Она вырвала у него отчет из рук и поставила на место.
Франк покачал головой, посмеиваясь над самим собой:
– Должен сказать, что вы меня здорово провели, черт побери.
– Не понимаю, о чем вы…
– Думаю, вы ходите повидать этих французских убийц одного за другим, а может быть, даже нескольких одновременно. Для начала наверняка пишете им восхищенные письма. Затем приходите на свидание… Встречаетесь…
– Вы говорите какой-то вздор.
Шарко коротко рассмеялся:
– Не буду от вас скрывать: Фулон ни разу не упомянул о вас во время нашего разговора. Однако он без колебаний говорил о любовных письмах, которые получает… Но о вас – ничего. Хотя, если подумать, он непременно похвастался бы, если бы причинил вам боль. Так что это не он манипулирует вами, а наоборот – вы им. Вы поимели Фулона. Браво. Я вас зауважал.
Он увидел, как она побледнела. В этот миг громыхнул ужасающий удар грома, задребезжали стекла. Женщина вздрогнула.
– Вы сблизились с ним и изучали его не только потому, что он вас очаровал, но также чтобы получить от него принадлежавшие ему «объекты». Собственно, вы проделываете это с каждым из них. А потом продаете, чтобы неплохо заработать у них за спиной.
Она стрельнула в него взглядом. Сутулая, хрупкая женщина исчезла.
– Скажите мне, чего именно вы от меня ждете, и убирайтесь отсюда.
– Отлично. Во-первых: хорошо ли Пьер Фулон котируется на вашем рынке?
– Очень хорошо, принимая во внимание его известность, количество жертв и жестокость преступлений. Чем они хуже, тем лучше котируются. Не так, правда, как казненные убийцы, но все-таки…
Она даже не сознавала всю ненормальность своих слов. И кто в итоге чудовищней? Убийцы или те, кто на них наживается, удобно устроившись в своих гостиных, за банковской стойкой, за магазинной кассой, за своим компьютером?
– Как это работает? – спросил Шарко. – Что должен сделать покупатель, чтобы заполучить эти «объекты»?
Она вернулась на диван. Франк последовал за ней.
– Ничего сложного, если придерживаться «классики». Рынок таких сувениров – murderabilia,[8] как его называют среди своих, – существует уже десятки лет и за это время сильно расширился. Сегодня все контактируют в основном через Интернет. Это начинается на общедоступных форумах, где на продажу выставляют «классические» объекты. Одежда, принадлежности, телесная мелочевка, волосы, например чешуйки кожи…
– А если зайти дальше? Если переступить за пределы «классики»?
– Ничего об этом не знаю.
– Ничего не знаете… А я думаю, знаете. Так что я повторю свой вопрос, может быть четче сформулировав его: если зайти, например, в закрытую часть форумов, что там можно обнаружить?
Она взяла кошку на колени и, подумав, видимо, поняла, что мужчина, сидящий напротив, просто так от нее не отстанет.
– В закрытую часть войти нетрудно. Пользователь должен доказать свою всепоглощающую страсть к какому-нибудь серийному убийце. Надо постить сообщения, самому располагать чем-то редким, а главное, оригинальным, чтобы было что предложить. Там существует система поручительства. Границу переходит только тот, кто этого хочет, силком никто никого не тянет…
Шарко жестом побудил ее продолжать, не оставляя ей времени на раздумья. Внезапно с небывалой силой хлынул дождь. Средь бела дня наступила ночь.
– Главное, перейти через границу, а дальше есть разные группы по интересам, подгруппы. Некоторые, например, интересуются только африканскими серийными убийцами. Остальные – это некрофилы, каннибалы, вампиры, педофилы… Есть психозы и извращения на любой вкус. Там ведутся такие разговорчики, что просто тошно становится… Хочу сразу вам заявить, что не имею с этим ничего общего.
– Но вы ведь заходили туда взглянуть одним глазком?
– Я уже покончила с этим свинством. Фулон был последним. Это разрушило все вокруг меня, вынудило переехать. Я несколько раз теряла работу. Сегодня у меня стабильная, почти нормальная жизнь. Хоть я и осталась здесь, в Ла-Рошели, но у меня нет ничего общего ни с Фулоном, ни с другими вроде него. Я сближаюсь с ними только через книги. Да и это уже чересчур.
Она с нежностью посмотрела на кошку. Шарко оценил ее откровенность. На этот раз он знал, что она говорит правду.
– Как вы думаете, эти люди, которые общаются между собой на закрытых форумах, потенциально опасны? Могут ли они… находиться под влиянием своих идолов?
– Трудно сказать. Некоторые заходят очень далеко, но только на словах. Хотя посторонним туда вход воспрещен, за этим следят администраторы, которые часто являются просто компьютерными программами, «кряками», пользователи ведут себя осторожно. Никогда не пользуются настоящими именами, только никами, и не откровенничают о возможном переходе к действию. Но разумеется, ничто не мешает им сблизиться с вами вне форумов…
– Вам случалось продавать «объекты» Фулона на закрытых форумах?
