Летом 2013 г., тогда уже вице-адмирала, Гарварда назначили на базу ВВС «Макдилл» во Флориде в качестве заместителя начальника центрального командования Мэттиса. Он расположился в квартире для несемейных офицеров, проработал день и вернулся в свое жилище. Его вещей там не оказалось. Как ему объяснили, все было перевезено в дом генерала Мэттиса.
Гарвард направился туда. Он вошел в кухню и увидел генерала Мэттиса с его бельем в руках.
«Сэр, — произнес Гарвард, — какого хрена вы это делаете?»
«Я затеял постирушку, — ответил Мэттис. — И подумал, что твои шмотки тоже неплохо освежить».
Гарвард считал Мэттиса самым приятным, скромным офицером из всех, под началом которых он служил. Вместо того чтобы представить Гарварда как «своего заместителя», Мэттис сказал: «Я хочу представить вам моего сокомандующего».
После выхода в отставку и переезда на Ближний Восток в качестве генерального директора Lockheed Martin в Объединенных Арабских Эмиратах Гарвард не потерял связи с Мэттисом.
Мэттиса волновали последствия неспособности администрации Обамы сдержать Иран.
Но «если вы знаете Джима Мэттиса, — сказал Гарвард, — он не сторонник развязывания войн».
В не таком уж отдаленном прошлом Иран нанес незаживающую рану корпусу морской пехоты. Он стоял за взрывом казарм морской пехоты в Бейруте в 1983 г. Тогда погибли 220 морских пехотинцев — один из крупнейших уронов за один день в истории корпуса морской пехоты. Впоследствии скончался еще 21 военнослужащий, доведя потери до 241 человека — крупнейший террористический акт против США до 11 сентября. Мэттис тогда был майором и отслужил в корпусе морской пехоты уже 11 лет.
Как начальник центрального командования с 2010 по 2013 г., по словам одного старшего помощника, Мэттис считал, что Иран «остается самой большой угрозой для интересов Соединенных Штатов на Ближнем Востоке». Он опасался, что израильтяне нанесут удар по ядерным объектам Ирана и втянут Соединенные Штаты в конфликт.
Мэттис также считал, что у Соединенных Штатов недостаточное военное присутствие в регионе и нет устойчивых правил применения силы. Он передал через министра обороны Леона Панетту докладную записку президенту Обаме, в которой запрашивал более широкие полномочия на случай ответа на иранские провокации. Он опасался, что Иран может заминировать международные воды и создать инцидент на море с потенциалом расширения.
Мэттису ответил Том Донилон, советник по национальной безопасности. В ответе, который вскоре стали называть «меморандумом Донилона», было указание ни при каких обстоятельствах не противодействовать минированию Ираном международных вод, если мину устанавливают не прямо перед носом американского военного корабля. «Меморандум Донилона» стал первым распоряжением, которое Мэттис аннулировал, став министром обороны.
Мэттис продолжил нагнетать обстановку вокруг Ирана. Он счел, что план войны с Ираном неудовлетворителен. Он полностью зависел от авиации, полностью полагался на воздушную мощь. Он не был планом широких совместных действий. План предусматривал пять вариантов нанесения удара: первый — по небольшим иранским судам, другой — по баллистическим ракетам, третий — по другим системам вооружения и еще один — высадка десанта.
«Пятым вариантом удара» был план ликвидации иранской ядерной программы.
Мэттис написал жесткую докладную записку главнокомандующему ВМС США, где говорилось, что ВМС совершенно не готовы к конфликту в Персидском заливе.
Панетта сообщил Мэттису, что такая позиция по Ирану ставит его в очень сложное положение перед администрацией Обамы. Дайте мне что-нибудь, позволяющее изменить такое восприятие, попросил он.
«Мне платят за то, чтобы я давал профессиональные военные рекомендации, — ответил Мэттис. — А они там ведут политические игры. Я не собираюсь изменять свое мнение, чтобы успокоить их. Если они мне не доверяют, то я уйду».
И он действительно ушел. Мэттиса освободили от должности на пять месяцев раньше срока. Покидая пост в марте 2013 г., он уничтожил то, что называл «большой книгой», — папку толщиной почти 30 см со всеми его докладными записками, документами, заметками, выдержками по разным вопросам и напоминалками. Он не оставил ничего для любителей покопаться в истории.
Сдавая дела, Мэттис приложил к ним 15-страничную стратегию в отношении Ирана, которая, по его мнению, отсутствовала у администрации Обамы. Хотя Мэттис знал, что Обама сделал несколько заявлений по Ирану, по его представлениям, «речи президента не были политикой».
В центре его стратегии находились конфронтация и нетерпимость к дестабилизирующим действиям Ирана. Она была нацелена на восстановление эффективности вооруженных сил США. Вторая часть стратегии представляла собой долгосрочный план по формированию иранского общественного мнения.