– Нет, Аня в другом конце зала стояла. – Кассирша стала обслуживать подошедших к ней покупателей. Я отошла в сторону, а когда Оксана пробила всем чеки, снова подошла к ней. Охранник при этом напрягся, но Черникова сделала ему знак рукой, говорящий, что беспокоиться не о чем. – Знаете, Татьяна, я видела, что в момент того разговора у Плотниковой было таинственно-хитроватое выражение лица, будто она задумала какой-то розыгрыш.
– Какой розыгрыш? – заинтересовалась я.
– Откуда я знаю? – дернула плечиками Оксана и стала выбивать очередной чек.
– Здравствуйте! – к нам подошла заведующая магазином. – Вы опять к нам и по тому же делу?
– Да, возникли новые вопросы.
– Понимаю, но все-таки касса – это неподходящее место для таких разговоров. Если уж вам так необходимо поговорить с Оксаной, то идите ко мне в кабинет, а я пока поработаю за нее, – предложила Лидия Васильевна.
– Спасибо за понимание, – поблагодарила я ее.
Вскоре мы расположились с Черниковой в кабинете заведующей.
– Оксана, вы говорили, что Анна изменяла мужу. Вы знали ее любовника?
– Нет. Я только несколько раз слышала, что она разговаривала по служебному телефону с неким Андреем. Они договаривались о свидании. Однажды, когда ее машина была в сервисе, он приезжал за ней. Знаете, меня ничуть это не удивило. Она ведь до свадьбы, как бы это помягче выразиться, – Оксана несколько секунд подбирала нужные слова, – в фирме одной подрабатывала… по оказанию эскорт-услуг. Девочкой по вызову это не назовешь, но что-то типа того, только на более высоком уровне.
– Вы это тоже подслушали? – уточнила я.
– Сначала я кое-что подслушала, потом кое-что подглядела. За ней ведь сюда на крутых тачках частенько подъезжали. Анька сопровождала престарелых бизнесменов на корпоративы и деловые встречи. Не уверена, что у них дело всегда доходило до интима, но, думаю, такое случалось нередко. Однажды я при ней проговорилась, что нам кредит за машину нечем выплачивать, потому что отца сократили, так Крайнова предложила мне дополнительный заработок в эскорт-агентстве. Но я отказалась. Она все обратила в шутку. Я Валере об этом никогда не рассказывала, и вы не говорите, хорошо?
– Не скажу, – пообещала я, а потом стала размышлять вслух: – Я вот не могу понять, зачем Анне в свободное от заочной учебы и основной работы время надо было оказывать эти самые эскорт-услуги? У нее ведь финансовых проблем никогда не было? Насколько мне известно, родители потакали всем Аниным капризам и снабжали ее деньгами без лимита.
– В этом-то все и дело! Скучно ей было. Постоянно хотелось новых ощущений, вот она и заполняла пустоту своей безбедной жизни, как могла. А могла только так. Вообще, я подозреваю, что она по своей натуре была нимфоманкой, – поделилась со мной Оксана, слегка покраснев. – А еще несколько месяцев назад Аня хотела меня с каким-то женатым мужиком познакомить. Она сказала мне, что он будет меня обеспечивать, но я отказалась. Не знаю, что это ей вдруг в голову взбрело…
– Может, Плотникова догадалась о ваших отношениях с ее мужем?
– Вряд ли. Ой, я кое-что вспомнила! По-моему, в тот последний день Аньке один покупатель звонил. Он все никак не мог выбрать, какую птицу подарить племяннику – попугая или кенара. Аня ему советы разные давала по содержанию и кормлению.
– Он звонил ей на мобильный или в магазин?
– На мобильный. Так вот, я вспомнила, когда Плотникова поговорила по телефону и подошла к нам, Вера спросила ее, с кем она болтала по сотовому. Аня сказала, что с тем покупателем, который выбирал между попугаем и кенаром.
– А вам не показалось странным, что покупатель звонит на ее личный номер?
– Нет, она часто по своему телефону консультировала по уходу за животными. Могла и тому покупателю с бородкой свой номер дать. Он у нас в последнее время здесь часто бывал.
– Так он, значит, с бородкой? Это интересно! Оксана, опишите его, пожалуйста, как можно детальнее, – попросила я.
– Да он какой-то никакой, – сразу выпалила Черникова, а потом задумалась. – Сколько ему лет, точно не скажу, но думаю, за сорок. Среднего роста, худой. Бородка у него такая аккуратная.
– Темная? Светлая? – уточнила я.
– Русая.
– А как он был одет, помните?
– Последний раз он был в черном утепленном плаще с замшевым воротником. У моего отца такой же плащ был, только он его уже несколько лет не носит.
Приметы покупателя совпадали с приметами того человека, которого мне описывал Радченков. Значит, человек с бородкой действительно существовал, а не был плодом воображения Леонида.
– Оксана, что же вы мне раньше про этого покупателя ничего не рассказали?
– Откуда я знала, что он вас заинтересует? – Черникова приложила ладонь к щеке и, не скрывая своего удивления, спросила: – Неужели это он убил Аню? Но за что?
– Пока я не могу однозначно ответить на этот вопрос, но этот человек еще кое-где засветился. Скажите, Оксана, а вы слышали, о чем он говорил с Анной в торговом зале?
– Не слышала. Я же почти всегда за кассой сижу.
– А откуда же вы знаете, что он хотел купить племяннику птичку? – уточнила я.
– Так Плотникова сказала.
– Вы ее спрашивали об этом?
