— Знай наших! — Это Добромир.
«Ушастики думали, что тут туристы». Хмыкнул Миро. «А оказались забитые биомехами и перекачанные энергией горе-бойцы».
«Миро?»
«С этой победой наши проблемы только начались. По возможностям и энергии все они у нас Гранды, а вот по умениям и знанию того, где все это применять, даже не ученики. И нам это ещё аукнется».
«Да?»
«Да. Снегурочка очень удивит свою семейку, уж не знаю, как они там друг друга любят. Жрец покалечит тех, кто будет его задирать по старой памяти, и принесет нам оторванные головы для одобрения. А уж как бояре будут заталкивать Неумеху к Создателю! И в какую трубу она согнет семейку Бенден? Хотел бы я это увидеть, да опасно!»
«А остальные?»
«А что остальные? Хитрая самка и Хмурый уже надолго вместе, поедут осматривать родовые владения Смагиных, думаю. Капризулька вот что-то затихла, но она себя ещё покажет. Как бы не рванула на Изборск, поквитаться с Песочным Принцем. К нам, кстати, тоже будут вопросы».
«На тему?»
«На тему того, что мы уехали со студентами, а привезли Грандов! Это резко меняет все расклады, Мирослав. Будем надеяться, что Бабка нас защитит. Я склоняюсь к варианту покинуть эту коробку на первой же подходящей планете».
«На Китеже Наталья осталась, если что!» Напомнил я.
«Это да, за такой классной попкой надо ехать!» С иронией протянул Миро.
По земле наша скорость перемещения упала. Кира не давала больше пятидесяти километров в час, объезжая все подозрительные участки. Конечно, полный привод есть полный привод, но «Раскат» не «Маус», транспорт тяжелее в разы, а трактора тут можно не дождаться. Скорее, дождемся хозяина тех эльфов, что мы прикончили.
В бою никто не пострадал. Мила, сбитая с неба снайпером эльфов, пришла в себя, великолепный медицинский симбионт вытолкнул живую пулю и залечил рану, даже шрама не осталось.
Добромир отделался парой порезов, его хотели взять живым.
Немного досталось Рогнеде, в неё пытались воткнуть Шип Сна, и почти преуспели. Спас Добромир, ценой раны на плече спасший девушку от укола летящей иглой. А вот Вере досталось сразу два Шипа Сна, и сейчас она приходила в себя в каюте под присмотром Яромира.
Эльфийский крейсер сбила Дарина. Девушка проснулась, вылезла из Санитара и отправилась в рубку управления огнём, где её и настиг ментальный удар эльфов. Достались Дарине отголоски того, что испытали мы, в себя она пришла быстро. Включила экраны, увидела зависший в небе эльфийский крейсер, и сразу же нажала кнопку запуска зенитных ракет.
Тройка эльфов, под шумок забравшиеся в «Раскат», столкнулись с Кирой, с тыла их атаковал выскочивший из каюты Яромир. На стене коридора красовалась обожженная полоса, Яромир не рассчитал силы, а в двери рубки зияла пробоина, отверстие после живой пули.
Три живые пули впились в борта «Раската». Живая броня сошла клочьями в тех местах, и сейчас залечивала повреждения. Экран покоя восстановился только к следующему утру.
С Континентального шоссе мы сошли, слишком уж явный маршрут.
И уперлись в болото.
Сначала земля напиталась влагой, колеса «Раската» оставляли за машиной следы вывороченной земли, грязно-бурой, в колеи скапливалась вода.
— Дальше не проедем. — Сказала Кира. — Смотрите!
На карте далеко южнее проходила река, та самая, которую «Раскат» форсировал вплавь. Она стремилась южнее, к океану, омывающему материк, пробивая себе дорогу через желтую степь, разливалась множеством притоков южнее.
А тут земля стала длинным болотом. Степная трава заплела воду сплошным ковром, торчали упрямо кочки и остовы сгнивших сотни лет назад деревьев.
Разведка принесла неутешительные результаты.
С воздуха все это было видно хорошо, достаточно понять, куда смотреть. Трава, растущая на воде, немного отличалась цветом от травы, пустившей корни в землю. Мимики осторожно перемещались по болоту, шевеля конечностями, иногда ныряли вниз, оставляя после себя рваные отверстия в желтом ковре.
Я опустился на небольшой островок твердой почвы, торчащий посреди желтого ковра. Подошёл, пнул ногой плеть растительности, наползающей на берега.
Проступила черная вода, в которой плавали маленькие буро-желтые корешки, несущие на себе крупинки семян. Пахло кислятиной и чуть-чуть ванилью, на островок захаживали биолы.
Дальше, впереди, виднелась Дорога. Бились энергетические сердца порталов, пылала широченная Обочина. Километров пятьдесят в ширину, а то и больше. Шире, чем я видел где-либо до того. Обочина, медленно становящаяся Окраиной, как на Изборске и Старой Англии.
А от машины…
«Сто двадцать километров желтой гадости». Осведомил меня Миро. «Коробка тут не пройдет».
Опасаясь сканировать, я выломал у растущего дерева ветку, и, взлетев, швырнул вертикально вниз. Ветка скрылась в прорехе, всплыла, покачиваясь. С краёв потянулась трава, стремясь покрыть собой свободную воду.
«Ауру погляди».
Мертвое поле энергии, поглощающее собой события. Внизу тянутся тончайшие нити энергии, питая траву, мимики и ещё какие-то неясные создания следуют вдоль них, прижимаясь, напитываясь силой.
«Гадкое место».
