Разгон. Яхта нырнула в гиперпространство. Экраны внешнего обзора залила бесцветная мгла, сквозь рубку проплывали туманные формы – изредка они напоминали ландшафты, предметы, лица, но чаще не имели сходства ни с чем известным. Обычно пилоты заранее рассчитывали бросок, однако Стив делал иначе: управлял яхтой вручную, полагаясь на свои ощущения, и попадал в нужную точку в трехмерном пространстве кратчайшим путем, за минимальный промежуток времени. В этот раз они провели в лишенном цвета ничто с полчаса, не больше.
На левом экране красноватым ночником вспыхнула звезда, вокруг которой вращалась Магна. Россыпь звезд, одни застыли в черноте, другие скользят по своим маршрутам: движение здесь оживленное, как и на любом галактическом перекрестке. Космолайнеры в гиперпространство не ныряли – не все пассажиры могут без вреда для себя находиться в этой странной среде, так что рейсовые звездолеты перемещались только в обычном космосе. Пересадочные станции находились в узловых точках галактических трасс.
Яхта легла на указанную диспетчером орбиту и минут сорок ожидала своей очереди на посадку; потом, пройдя через шлюз, села в Красном секторе гигантского искусственною тороида. Яхта Венлеша стояла в Желтом секторе, Стива и Тину доставил туда курсирующий по кольцу пневмопоезд. Предъявив персоналу сектора какой-то документ, выправленный на Валгре, Стив получил информацию: интересующая его яхта пришла на Магну немного помятая, поскольку при выходе из гиперпространства столкнулась с астероидом; повреждения не то чтобы серьезные, но ремонт необходим, однако пилот никакой активности по этому поводу не проявляет, а яхта стоит себе в ангаре; сам пилот принадлежит к малочисленной расе таглийцев с планеты Тагл, которой нет ни в одном справочнике, и никто из персонала до сих пор ни разу таглийцев не видел (впрочем, описание «таглийца» один к одному совпадало с внешностью лярнийского нега). Два дня назад кто-то из техников признал в таглийском транспортном средстве яхту валгрианского бизнесмена Венлеша, и на Валгру отправили запрос.
– Где сейчас этот таглиец? – спросил Стив.
Его давно никто не видел, хотя в первые дни после прибытия он болтался по всей Магне – сидел в барах и кафе, общался с транзитными пассажирами. Ни на один из рейсовых лайнеров он билета не брал. Не мог ли улететь «зайцем»? Не исключено, кто ж его знает.
– Этот прохвост еще и новую расу изобрел! – усмехнулась Тина, когда они вышли в заполненный народом зал с ребристыми сводами. – Значит, теперь он таглиец?
Стив вытащил карманный локатор и удивленно поднял брови:
– Да здесь он, на Магне… По крайней мере, моя метка здесь, а извлечь ее сложно – она же блуждающая, внедрена в позвоночный столб. Пошли, передадим таглийскому гражданину ответный привет с Валгры!
Определив направление сигнала, они влились в поток людей и не-людей. Под сводами пульсировал многоголосый гул. Сектор сверкал веселым желтым пластиком, соответствуя своему названию. На верхнем ярусе располагался ангар – здесь народа поменьше, чем внизу. Широкий, как автострада, коридор с движущимися дорожками. Параллельно дорожкам под сводами плывет махина величиной с дом, заслоняя галогеновые прожектора и накрывая скользящей тенью пешеходов: чья-то яхта или отбывает, или только что миновала шлюзы. Вскоре похожая на летающего кита громадина еще больше замедлила ход, осторожно повернулась на девяносто градусов, плавно пошла вниз и исчезла за металлической перегородкой с номером 218. Пропустив три следующих номера, Стив и Тина сошли с ленты. Здесь.
За аркой в перегородке темнел бок яхты. Небольшая, сигарообразная, с веерами антенн и локаторов. Слева эти хрупкие наросты были покорежены и смяты.
– Он там, внутри, – взглянув на прибор, сказал Стив. – Подожди, я просканирую…
Прикрыв глаза, он на несколько минут замер. Тина терпеливо ждала, прислушиваясь к звукам из той ячейки ангара, куда только что опустился корабль.
– Не заминировано, – определил наконец Стив. – Телепортируемся?
Тина кивнула. Она уже начала догадываться, что они найдут на яхте. Стив, наверное, тоже догадывался, но пока молчал.
Отсек с коридором и четырьмя каютами. В каютах пусто. В одной возле вентиляционного отверстия под потолком обустроилась тараканья колония. Развести тараканов на корабле – у звездолетчиков это считалось не то что дурным тоном, а признаком деградации. Есть же средства от этой напасти! И еще запах – тошнотворный, сладковатый… Трупный запах. Тина остановила дыхание, переключившись на замкнутый кислородный обмен. Стив то же самое сделать не мог и слегка морщился.
Их поразил вид следующего помещения: стены и потолок потемнели от копоти, пол покрыт живописными наплывами металла с вкраплениями обугленной керамики. Из стен поврежденными кровеносными сосудами торчали оборванные кабели. Основное освещение здесь не работало, лишь аварийное бросало блики на застывшее металлическое озеро.
