– Ты упустил нужный момент, – говорит Мастер. – Ты уже давно его упустил. Если тинейджер совершает самоубийство, он потрясает все свое окружение. Я бы сказал, что до возраста 27 лет твое самоубийство было бы вызовом. Но сейчас ты никого уже этим не сможешь шокировать. Ты просто слишком стар. Если ты сейчас покончишь с собой, то люди максимум скажут: «Да, в его ситуации это можно понять» или «Если бы я был в его положении, я бы уже давно это сделал». Если они вообще обратят внимание на то, что ты покончил с собой. Поэтому я не думаю, что ты совершишь самоубийство. Ты не думай, что меня это действительно интересует. Если ты хочешь это сделать, то сделай. Я не буду тебя удерживать. – Он лезет в карман своего пальто и протягивает Мартину старый револьвер. – Напротив, – говорит он. – Я могу тебе даже помочь.
Мартин берет пистолет в руки, потом качает головой и возвращает его.
– Я знал это, – говорит Мастер со смехом. – А сейчас прекрати делать такое лицо. Это меня нервирует. Ты совершенно подавлен. Тебе больше нечего терять! Ты не знаешь, что это означает?
Мартин качает головой.
– Ты свободен, приятель! Ты наконец свободен!
Мартин вздыхает.
– Вы этого не понимаете, – говорит он наконец. – У меня было все. А теперь…
– Чтобы избавиться от уныния, ты должен просто смириться с тем, что ничто не имеет смысла, – говорит Мастер. – Тогда ты поймешь, что можешь делать все, что захочешь.
Мартин качает головой.
Мастер отставляет стул в сторону и садится рядом с Мартином на диван.
– Когда-то я был таким, как ты, – говорит он. – Я тогда работал в банке.
– Вы были богаты? – спрашивает Мартин удивленно.
– Не каждый, кто работает в банке, богат, – говорит Мастер. – Но я получал приличную зарплату, это так. Особенно если учесть, что моя работа была совершенно бессмысленной. Я работал в отделе правовых вопросов. Тебе это что-то говорит?
– Вы следили за тем, чтобы банк следовал правилам.
– Теоретически, да. На практике банк, разумеется, не придерживался никаких правил. Моя работа заключалась в том, чтобы писать отчеты, или, точнее сказать, их выдумывать. Я составлял их таким образом, чтобы не оставалось никаких сомнений, что мы играем по правилам и тщательно проверяем всех наших бизнес-партнеров и деловую практику. Никто никогда не читал эти отчеты. В банке все знали, что они были чистой профанацией. И, конечно, горстка аудиторов, оставшихся после последней банковской реформы, также знала, что это полная чушь. Ты делал когда-нибудь в течение целого года бессмысленную работу? Она пожирает тебя. Изнутри. Я был тогда даже у специалиста, который мне сказал, что у меня нет никакой депрессии! Моя жизнь просто отстой.
– Он именно так сказал?
– Если быть точным, он сказал: «Я бы вам не советовал проводить какое-то лечение. В вашем случае, очевидно, роль играют обстоятельства». Но это то же самое. И я все бросил. А теперь посмотри на меня! Я счастлив и свободен.
– Но что с этими подростками? – спрашивает Мартин. – Так же нельзя жить!
Мастер включает большой монитор.
–
На экране появляются отвратительные лица зомби, которые пытаются одолеть группу подростков.
– Ты знаешь, почему зомби так популярны среди детей? – спрашивает Мастер.
– Понятия не имею.
– Что в них особенного? По сравнению с другими монстрами?
– Я не знаю.
– Они тебя не убьют. Они сделают тебя одним из них. И это именно то – раз уж ты меня спрашиваешь, – чего в глубине души больше всего боятся дети. Что вы их укусите, и тогда они станут такими, как вы: офисными работниками, банкирами и бла-бла-политиками. Что ты об этом думаешь?
– А как насчет вас? – спрашивает Мартин. – Разве вы не являетесь также своего рода зомби высшего звена?
– Я? Совсем наоборот. Я еще ни разу никому не говорил, что он должен стать «низкоуровневым». И мне будет совершенно безразлично, если некоторые дети поставят на этом точку. Так же, как меня не волнует, если они в ходе этого погибнут.
Мастер кладет руку на плечо Мартина, что тому заметно неприятно, но он не находит в себе мужества или силы, чтобы этому противостоять.
– Мартин, друг мой, сейчас ты должен сказать мне одну вещь… Как, черт подери, можно дойти до уровня 1?
– Вы вряд ли мне поверите.
– Дай мне шанс.
– Джон Наш… – говорит Мартин.
– Тот железный человек, которого ты взорвал?
– Да. Но он жив. Он завладел Сетью. Для того чтобы отомстить мне за себя.
Мастер смеется:
– Вот так, да? Только для того, чтобы отомстить тебе за себя?
– Ну, возможно, не только. Но в том числе.
– Так, так.
– Вот видите, вы мне не верите.
– Нет, нет, – говорит Мастер. – Это возможно.
– Тогда вы не понимаете неразрывной связи! – говорит Мартин. – Искусственный интеллект, потенциально вредоносный искусственный интеллект захватил всю нашу электронную инфраструктуру!
– И что?
– И что? – удивляется Мартин. – Я вам только что рассказал о конце света, а вы говорите: «И что?»
– Мартин, «низкоуровневых» не интересует будущее. Почему я должен бояться конца света?
– Как вы можете так жить?
