Нелегко находить входы в иные Измерения, а тем более помогать другим людям проходить через них. Такое под силу только Проводникам - людям, способным с помощью своей внутренней энергии отыскивать нужные пространственно - временные порталы. Однако уникальные способности этих людей могут стать мощным оружием в руках мошенников. На Проводников началась настоящая охота! Находчивость, взаимовыручка, умение выживать в сложнейших ситуациях - вот основные качества, которыми обладают герои романов Кеннета Балмера.
Из холла, где Роланд Крейн стучал по барометру и проклинал ветреную, облачную, мерзкую погоду, он услышал звон бьющегося стекла в своей студии. На звук эхом отозвался порыв ветра, потрясший старый дом. Ковер в холле покрылся рябью, как анаконда. Лампа закачалась на шнуре, бросая на полированные панели стен тени, похожие на летучих мышей. Он сердито бросился назад, чуть не столкнувшись с недособранными латами флорентийской работы, и попал как раз вовремя, чтобы увидеть, как вторая служанка, молоденькая Энни, разразилась слезами.
Персидский ковер у ее ног был усыпан осколками стекла, блестящими в свете настольной лампы, как последствия боя. Крейн поднял взгляд.
На северной безоконной стене висели его карты в рамках, некоторые потускневшие, некоторые яркие цветные, некоторые затертые с веками, вычерченные с любовью, старательно раскрашенные, щедро усыпанные витиеватыми подписями, сделанных руками давно умерших людей. Эта стена доминировала в комнате. Карты сверкали на фоне занавешенных окон и книжных полок с современными, невзрачными научными книгами. Они рассказывали о смелых великих путешествиях через неизвестные океаны, о манящих туманах неоткрытых земель и зове морских сирен. Соленый запах романтики дышал в них при пристальном изучении. От красок и пергамента веяло соблазнительной неизвестностью.
В центре карты итальянского залива Флориды восьмидесятых годов пятнадцатого века и западных островов, где открывалась самая яркая золотая краска, в стекле была дыра в форме звезды.
— Простите меня, сэр. Сама не знаю, как это случилось.
Носик Энни был красный, подбородок дрожал. Она уставилась на него, крепко прижимая руки к заплаканному личику. Ее яркие, как у птицы, карие глаза были мокры от слез. Гнев Крейна испарился. Энни была дочерью старой Энни, которая служила его отцу, еще до Первой Мировой войны, чего Роланд Крейн не мог помнить, когда Исамбард Крейн создал инженерный синдикат, до сих пор поддерживающий праздную, роскошную жизнь его сына. Праздность была, конечно, относительной, потому что нелюбимый бизнес высасывал запасы энергии Крейна. Деловые люди часто недооценивали его на основе унаследованного им богатства.
Карта была неповреждена. Он сделал четыре быстрых шага к раме и осмотрел ее. Стекло оставило странный голубоватый оттенок. Оно разбилось в форме почти правильной семиугольной звезды.
Крейн повернулся к Энни.
— Все в порядке, Энни. Никакого повреждения нет. И ради Бога, перестань плакать!
— Простите меня, сэр...
— Что ты здесь делала ночью, в такое время?
Энни указала на кофейный столик. Чайник, накрытый салфеткой уютной ручной вышивки, чашка и блюдце, молоко и сахар, нарезанные ломтики булочки, масло, нож и вилка для тостов напомнили Крейну, что он звонил, чтобы подали чай.
— А почему это принесла не Молли?
Молли была первой служанкой.
— Эта ночь у нее выходная, сэр...
— А, — рассмеялся Крейн. — Ну, это неважно. Должно быть, порыв ветра. Возможно, тот самый порыв, который я слышал в холле, немного сместил каркас дома, вот стекло и разбилось... и нечего тут думать. Только убери осколки... И будь осторожна, не порежься.
— Да, сэр.
Зазвонил телефон.
— А, чтоб ты пропал! — недовольно воскликнул Крейн и подошел к стенному столику, где, как хищный паук, притаился телефон, соединенный с мировой паутиной. Голос был незнакомый. Должно быть, буря повредила телефонную линию, так же, как разбила на карте стекло. Крейн понял, что говорит женщина, но из-за треска и шума помех это можно было лишь угадать.
— Мистер Роланд Крейн?
— Да. Говорите.
— Это мистер Роланд Крейн, который интересуется картами?
Мысленная защита Крейна насторожилась. Но прежде чем он успел ответить, женский голос продолжал:
— Не хотите ли вы купить карты? У меня есть кое-что, что вы должны увидеть.
— Да?
— Может, я могу приехать в Бушмиллз?
— Ну-у...
— У меня есть машина. Я звоню из гаража «Ройял» в городе. Я могу быть у вас через полчаса.
Крейн подумал об езде от Рынка Нельсона, по дороге, проходящей через негостеприимные вересковые пустоши, по мокрой дороге с гнущимися по обочинам на ветру деревьями. Нет, это не для женщин. Роланд подумал о французской галантности и сухо усмехнулся про себя. Его отношение к женскому полу осталось на уровне старых книг, где рыцари в сверкающих латах защищают кричащих дам от огнедышащих драконов. Современные же девицы сами согнут любого огнедышащего дракона в бараний рог.
— Хорошо, мисс?..
— Харботтл.
Крейн пожал плечами и продолжал:
— Очень хорошо, мисс Харботтл. Должно быть, вас очень интересует продажа, раз вы собираетесь ехать ночью в такую погоду. В таком случае, приезжайте.
Телефон тут же стал мертвым. Может, она положила трубку, а может, бурей повалило телеграфный столб.
