— По-моему, — заключил Тип с гордостью, — пугало вышло хоть куда! То-то перепугается Момби, то-то завопит от страха! А чтобы оно еще больше походило на живого человека, его надо одеть.
Но где добыть одежду? Тип решил порыться в огромном сундуке, где Момби хранила сувениры и сокровища. На самом дне он обнаружил неизвестно кому принадлежащие бордовые штаны, красную рубашку и розовый в белый горошек жилет. Деревянный человек был одет, и даже не без шика, хотя все на нем болталось, как на вешалке. В дело пошли и шерстяные чулки Момби, и стоптанные башмаки Типа. Теперь пугало было не только одето, но и обуто. Тут уж Тип пришел в совершенный восторг, он смеялся и готов был плясать от радости.
— Но его нужно как-то назвать! — воскликнул он вдруг. — Ему теперь никак нельзя без имени.
Подумав минутку, мальчик решил: «Назову его, пожалуй, Тыквоголовый Джек».
Хорошенько поразмыслив. Тип решил, что лучше всего будет поставить Джека на повороте дороги, недалеко от дома. Он поволок деревянного человека туда, но путь оказался неблизким, а Джек был громоздкий и тяжелый. Помучившись с ним какое-то время. Тип решил действовать иначе. Он поставил Джека на ноги и стал двигать их попеременно вперед, одновременно подталкивая пугало сзади. Таким образом они добрались в конце концов до нужного места. По дороге Джек то и дело падал. Типу пришлось нелегко, но, во-первых, он любил озорничать, а во-вторых, ему ужасно хотелось посмотреть, что же выйдет из его затеи, — и это придавало ему силы.
— Джек у меня молодец, держится отлично! — сказал он сам себе, утирая пот. И тут же заметил, что пугало осталось без левой руки: пришлось возвращаться и искать ее на дороге, а потом еще заново выстругивать деревянный стержень для плечевого сустава. После починки рука держалась лучше прежнего. Тип заметил еще, что голова Джека повернулась задом наперед, но и эту беду он поправил вмиг Наконец пугало встало на дороге лицом в ту сторону, откуда должна была появиться старая Момби. С виду оно было настолько похоже на человека — какого-нибудь местного фермера, — но в то же время выглядело так странно, что застигнутый врасплох прохожий не мог не испугаться.
До возвращения старухи оставалось еще немало времени, и Тип отправился в низину за домом собирать орехи.
Но на этот раз старая Момби вернулась раньше обычного. У Кривого Колдуна, который жил на высокой горе, ей удалось выторговать несколько важных колдовских секретов. Заполучив таким образом три новеньких заклинания, четыре волшебных порошка и кое-какие травки, обладающие чудодейственной силой, она торопилась домой, чтобы испытать свои приобретения в деле.
Момби так задумалась, что, заметив на повороте дороги какого-то человека, кивнула ему, почти не глядя, и буркнула:
— Добрый вечер.
Человек, однако, молчал и не шевелился. Внимательно приглядевшись, она заметила, что вместо головы у него тыква, над которой основательно потрудился перочинный ножик Типа.
— Э-ге! — только и смогла произнести Момби, задохнувшись от возмущения. — Опять эти фокусы негодного мальчишки! Ну ладно же. Ла-адно. Я тебе задам трепку, я тебе покажу, как меня пугать!
В гневе она замахнулась клюкой на весело улыбающуюся тыкву, но внезапно в голову ей пришла мысль, и поднятая клюка застыла в воздухе.
— Да это же отличный случай испытать новый порошок! — воскликнула она. — Сразу узнаем, добротный ли товар продал Кривой Колдун или надул меня так же ловко, как я его.
С этими словами она поставила на землю свою корзинку и стала в ней рыться в поисках только что приобретенного драгоценного порошка.
Тем временем Тип, набив карманы орехами, вернулся к дороге и обнаружил, что старуха стоит рядом с пугалом, но вид у нее ни капельки не испуганный.
В первый момент он был сильно разочарован, однако ему захотелось узнать, что же Момби будет делать дальше. Он спрятался за изгородью, где она не могла его заметить, и приготовился наблюдать.
Порывшись еще немного, старуха вынула из корзины перечницу, судя по виду, далеко не новую — поверх полустертой надписи «Перец» рукою колдуна было жирно выведено: «Оживительный порошок».
— Наконец! — радостно вскричала Момби. — Теперь посмотрим, как он действует. Колдун, скупердяй, отсыпал совсем немного, но на две-три порции, думаю, должно хватить.
Тип, конечно, ничего не понял из этих ее слов.
Зато он углядел, как Момби подняла руку и потрясла перечницей над тыквой, в точности как перчат печеную картошку. При этом порошок рассыпался по голове Джека, попал и на его рубашку, и на розовый жилет, и на бордовые штаны, и даже на сношенные залатанные башмаки.
Сунув перечницу обратно в корзину, Момби подняла левую руку вверх, оттопырила мизинец и сказала:
— Вау!
Потом подняла вверх правую руку, оттопырила большой палец и сказала:
— Тау!
Потом подняла обе руки, растопырив все пальцы как можно шире, и громко крикнула:
— Пау!
Тыквоголовый Джек при этом сделал шаг назад и сказал укоризненно:
— Чего это вы так вопите? Я же не глухой!
Старая Момби даже подпрыгнула от радости.
— Он ожил! — завизжала она. — Ожил! Ожил!
