Матерь Льюти даже не успела ничего понять, как хреношар со всего разгона «влепился» ей в грудь. Эльфийка, не ожидавшая такого «напора», не удержалась в вертикальном положении и завалилась на спину, раскинув в стороны не только руки, но и свои огромные сиськи.
Бронетрусики с бронелифчиком, однако, ожидаемо не лопнули…
— Матерь Льюти! Матерь Льюти! — кинулась к хозяйке дома Хьюсти. Присев рядом, заглянула ей в глаза и облегченно выдохнула: — Фух, живая.
— Живая, живая, — подтвердила та и рывком села на пятую точку. С вожделением уставившись на Николая, облизнула губки и, приложив руки к груди, томно выдохнула: — О боже, какой мужчина! Какой самец! Возьми меня! Немедленно! Прямо здесь!
— Ч-что? — растерянно вытаращился «самец». — К-кто?
— Иди сюда, сладенький! Мм, как же я тебя хочу!
— Матерь Льюти, — потормошила ее пепельноволосая, — все в порядке?
Та отмахнулась:
— Хьюсти, проваливай отсюда ко всем чертям! Не видишь? Еблица хочет этого похотливого ебаря!
Матерь Льюти откинулась назад и уперлась рукой в пол. Согнув и разведя ноги, попробовала через бронестринги пальчиками поласкать киску. Голос ее приобрел еще более блядские интонации:
— О-о-о, боги! Как же я теку-у! Давай, избранный! Оттрахай меня! Скорее!
Растерянность на лице Николая сменилась воодушевленным румянцем.
— Пристегни ремни, мамка Льюти, ночка будет жесткой! — пообещал он и, словно средневековый рыцарь, с «копьем» наперевес ринулся в сексуальную атаку.
Но Хьюсти была другого мнения.
— А ну стоять! — перехватывая мужчину на полпути, рявкнула она. — Куда навострил лыжи и все остальное⁈ Неужели не видишь⁈ Она не тебя хочет, а тупо секса! Хоть с кем-нибудь! Это эффект от магии!
— Охренительный эффект! Наконец-то я начну трахать все, что шевелится! А что не шевелится — расшевелю и…
— Угомонись, господин! Полагаю, действие магии скоро ослабнет и все вернется на круги своя.
— Тем более не мешай! — Николай попробовал обойти остроухую. — Ослабнет так ослабнет. Но это будет
— Ты меня не слышишь, да?
Пепельноволосая без размаха двинула ему коленкой между ног. Грубанов жалобно пискнул и, схватившись за достоинство, рухнул на пол.
— Господин, это для твоего же блага, — нагнулась к нему Хьюсти. — Если вы переспите, то тебе точно отрежут писюн и отправят в анальное рабство к эльфам. В смысле не писюн отправят, а тебя! Ты ведь этого не хочешь? Никто не хочет. Поэтому — терпи! И жди дочерь богов.
— Сука, как же больно!.. — скрючившись в позе эмбриона и закрыв лицо ладонью, проскулил Николай. — Мои бубенцы даже на Новый год так не звенят, как при этом ударе…
Между тем матерь Льюти действительно пришла в себя. Потерев виски, будто избавляясь от наваждения, недоуменно взглянула на окружающих:
— Черт возьми, что со мной было? Я… я хотела… я была готова… отдаться ему!
Хьюсти присела рядом и успокаивающе приобняла ее за плечи:
— Ты не виновата, это все магия. Магия острова. Магия избранного! Помнишь писание? «Да извергнет он шар из чресл своих…»
— «…да станут все отдаваться ему», — закончила грудастая эльфийка. — Значит, точно избранный. На девяносто девять процентов!
— А я говорил… — простонал Николай, — а меня сразу по яичкам!
— Хьюсти все правильно сделала. Пока не обрюхатишь дочерь богов, на остальных девочек можешь не заглядываться!
Грубанов с трудом поднялся на ноги.
— Как меня задрали ваши квесты, — прохрипел он. — Зовите ее сюда, вашу дочерь. Засажу ей по самые помидоры! Дайте только лед приложить…
— Что такое лед?
— А-а-а! — Николай устало потряс кулаками в воздухе. — Ладно, обойдусь безо льда. Так засажу! Зовите!
— Помолчи, господин, — оборвала его пепельноволосая. — Матерь Льюти говорить будет!
— Спасибо, Хьюсти.
Грудастая эльфийка прокашлялась и, глядя на мужчину, сообщила:
— Ночью. Дочерь богов пожалует в твои хоромы ночью. Но сначала нужно провести обряд инициации, позволяющий тебе прикоснуться к ее божественному телу.
— Само собой! — Грубанов раздраженно всплеснул руками. — Избранному же нельзя просто так взять и присунуть небесной дочурке! Нужно обязательно еще что-то сделать! Квесты, задания, испытания! Что на этот раз? Пройтись на руках по канату, подвешенному через вулкан? Надавать по щам самому здоровому эльфу? Поймать енота и сварить кровяную колбасу?
Матерь Льюти терпеливо ждала, пока Николай успокоится.
— Просто постой смирно, — наконец сказала она.
Эльфийка приблизилась к мужчине и опустилась на колени. Склонив голову, сложила перед лицом руки и зашептала незнакомые ему слова.
«Какое странное начало инициации. Похоже, сейчас сосать будет, — предположил Грубанов. — Иначе нафига она так близко села?»
Однако сбыться этим мечтам было не суждено. Закончив свою тихую речь, матерь Льюти ладонью обхватила упавший «болт» Николая и выудила откуда-то широкий золотой перстень с причудливым орнаментом.
— Только не кольцо! — Мужчина дернулся назад, но грудастая эльфийка держала крепко. — Хрен посинеет и отвалится! А мне без хрена никак нельзя!
