Никем не замеченный, мужчина пересек деревушку и «ворвался» в чащу, намереваясь как можно быстрее добраться до опушки. Но вскоре сбавил шаг — с его последней ночной вылазки никаких дополнительных светильников в лес не подвезли, а луна светила все так же тускло. Поэтому риск убиться был максимальным.
Оставшиеся за спиной звуки борьбы постепенно становились все тише и тише, и вскоре окончательно смолкли. А Николай продолжал идти.
Спустя вечность блужданий по лесу он наконец-то вышел на опушку. Навряд ли эта опушка была той самой, «тренировочной», но мужчину это особо и не волновало. Главное, что он хоть куда-то вышел!
Прислонившись спиной к дереву, Грубанов с облегчением опустился на прохладный песок, вытянул гудящие ноги и облегченно выдохнул — стратегическое отступление удалось.
«Эх, а вот сейчас бы дымолистный косячок не помешал, — подумал он. — Снять стресс сегодняшней ночи!»
Передохнув, Николай встал и огляделся, размышляя, стоит ли идти куда-то еще, или лучше остаться здесь?
Внезапно за спиной раздался едва заметный хруст, словно кто-то неаккуратно наступил на сухую веточку.
«Наша раса — искусные охотники», — вдруг вспомнил он слова Хьюсти. Интересно, эта фраза относилась только к светлым, или…
Сука! Темные!
Грубанов метнулся в сторону, но призрачная надежда на спасение разбилась, как упавший со стены Шалтай-Болтай — на опушку со всех сторон высыпали темноволосые эльфийки. Одна из них без размаха заехала Николаю дилдо-палкой по колену, и тот рухнул на землю.
— Сука, ты мне чашечку выбила! — протяжно прохрипел он.
Но эльфийкам на страдания беглеца, мягко говоря, было наплевать.
— Госпожа Гелигвин, — послышался довольный голос, — сбежавший мужчинка найден!
«Точно, госпожа Гелигвин, — корчась от боли, успел подумать Грубанов, — а я ее Гелендвагеном обзывал…»
Вспыхнули факелы, и на опушке появилась
Осмотрев Николая, госпожа Гелигвин склонила голову набок.
— Добегался, козленочек? — весело фыркнула она. — Мне кажется, у нас с тобой осталось одно маленькое незаконченное дельце. Впрочем, не страшно — закончим его прямо сейчас!
Пока госпожа Гелигвин говорила, темные сестры подхватили Грубанова под руки и подняли. Крепко держа за руки, силой загнули его буквой «Г» и стянули трусы.
— Подать сюда ритуальный фаллос и секатор-хренорез! — провозгласила темная властительница.
— Стойте! Стойте! Стойте! — трясясь всем телом, заверещал мужчина. — Вы не можете! Я избранный!
Госпожа Гелигвин снова фыркнула, на этот раз презрительно:
— Чего только не придумаешь, только бы не лишиться своей висюльки, верно?
— Я клянусь! Богами! Богинями! Жизнью!
— Клянешься жизнью? Хм, даже так?.. Сестры, отпустите его! — вдруг скомандовала госпожа Гелигвин.
Темные эльфийки бросили Николая на землю, и тот с кряхтением поднялся, радуясь про себя, что коленная чашечка все же цела.
— Я хочу сыграть с тобой в «избранную» игру! — вдруг захохотала темная властительница. — А ставкой в этой игре будет твоя жизнь! Согласен?
Грубанов кивнул.
— Серьезно? Хм, а ты просто так не сдаешься, да? Ну что ж… Итак, мужчинка, правила игры просты — покажи мне свою «избранность»! Но если ты врешь, то…
Николай не дослушал и отчаянно дернул тазом. До сих пор стоящий от эльфодозиака «молот» треснулся о его живот и выплюнул прозрачную сферу около полуметра в диаметре. Издав знакомое
— А-а-а-ах, — пронеслось над опушкой, и было непонятно, чего больше в этом изумленном вздохе — почтения или страха.
А госпожа Гелигвин, изменившись в лице, вдруг встала на четвереньки и, выгнув спину, поползла к Николаю.
— Мрррум, — промурлыкала она, — иди сюда и отымей свою блядскую кошечку!
Столпившиеся вокруг эльфийки, переглядываясь, безмолвно наблюдали эту странную картину, но никто даже не дернулся, чтобы остановить властительницу…
— Держите ее! — отступая и обращаясь сразу ко всем темным, воскликнул Грубанов. — Она не в себе! Это магия избранного!
К удивлению, но его послушались — уже знакомая Николаю гром-баба незамедлительно заключила госпожу Гелигвин в крепкие объятия. Сияющими глазами глядя на мужчину, с трепетом произнесла:
— Сделано, избранный.
Мгновение стояла тишина.
— Избранный! — грянуло полсотни взволнованных глоток, а затем над полянкой разнеслись отдельные фразы: — Это избранный! Настоящий избранный! Он пришел к нам! Богини прислали нам избранного! Припадите к его ногам, сестры!
Темные эльфийки в благоговейном поклоне рухнули на колени и, прижавшись лбами к земле, замерли. Грубанов, который был единственным — помимо своего члена — кто остался стоять, огляделся вокруг. И только сейчас начал осознавать, какую
