Николай, опасливо пригнувшись и не понимая, что происходит, рванул было к лесу, но, озираясь на бегу, резко затормозил — эльфийки побросали факелы, упали на колени и уткнулись лбами в песок. Так и застыли.
Над головой раздался громкий стрекочущий звук, а в небе вспыхнули с полдюжины ослепляющих белых пятен.
Прикрываясь рукой от света, мужчина нашел взглядом Хьюсти.
— Хьюс! — стараясь перекричать нарастающий шум, но при этом не наглотаться поднявшегося в воздух песка, проорал он. — Что за хрень⁈ Хьюс⁈
— Это боги, — почти неразличимо ответила та. — Сегодня та самая ночь…
— Какая ночь⁈
— Ночь благодатного совокупления.
Николай устремил взор к небу — пятна света стремительно приближались, а рокот становился все громче и отчетливее. Еще сильнее завыл ветер.
— Я просто хотел нормальную ебабельную бабу… — пробормотал избранный. — Встречаться при этом с богами не входило в мои планы!
Светящиеся божественные глаза — или что это такое было? — неподвижно зависли над речкой.
«Наблюдают, что ли, за мной?» — подумал Николай и, прикрыв срам, зачем-то помахал рукой, привлекая ненужное внимание.
— Иди… ко мне! — вдруг раздался с небес божественный мужской голос.
Голос не был глубоким, приятным или наполненным мудростью, как порой гласили всякие религии. Обычный мужской голос, слегка хрипловатый, без примеси красок и эмоций.
— Иди… ко мне! — видя, что избранный даже не шелохнулся, строже повторил голос.
А Грубанов от этих слов действительно слегка одеревенел, не способный пошевелить ни рукой, ни ногой. Еще бы, сами боги зовут его! Яички мужчины сжались в крохотный комочек и спрятались в животе. Туда же, не долетая до пяток, рухнуло сердце.
— Твою мать, долбаеб, ты идешь или нет⁈ — прогремел уже другой голос, и от этой нелепой фразы Николай словно очнулся. Неизвестно зачем подобрав с земли дилдо-палку, он, лавируя между оцепенело сидящими эльфийками, направился к всевышнему матерящемуся существу.
«Странные какие-то боги, — всматриваясь в слепящий свет и тщетно пытаясь разглядеть в нем нечто большое, подумал он. — И голоса вроде были разные… Хотя, если это именно боги, а не один бог, то неудивительно. Но вот материться… Как-то это не по-божески!»
Судя по всему, Николай шел не достаточно торопливо, и терпение светящегося божества лопнуло. Сорвавшись с места, «глаза» начали быстро приближаться, а издаваемый ими рокот — оглушать.
Грубанов вдруг остановился, замер, внимательно вслушиваясь в звуки, которые были ему отдаленно знакомы… Очень знакомы! Но вот что это за звуки? Неужели?..
И внезапно понял.
— Вертолет! Сука, это вертолет! — выпалил он. — Хьюсти, ваши боги летают на вертолете! Ха-ха, что за бред⁈
Пепельноволосая, которая по-прежнему сидела, уткнувшись мордашкой в песок, никак не отреагировала. Никто не отреагировал.
А вертолет, направив глаза-прожекторы в сторону «светлого» берега Смазки, начал плавно приземляться, выбрав для этого маневра берег «темный».
Послышался звук открывающейся двери, и из стальной махины выскочило несколько крепких мужских фигур. Черные камуфляжные костюмы, высокие берцы, маски с прорезями для глаз… Внешний вид незнакомцев доверия не внушал.
Быстро осмотревшись, фигуры кинулись на противоположный берег, поднимая фонтан брызг.
А в голове Николая заметались мысли:
«Зачем они бегут сюда?
Решив не дразнить судьбу голой жопой, он сначала попятился, а затем развернулся и бросился к лесу.
«Надо бежать! Надо бежать! Надо бежать! — стучало в голове избранного. — Хрен его знает, что это за черти в форме! Вдруг это бдсм-гомосеки какие! Насадят еще на кукан! Хотя нет, те были бы в латексных костюмах…»
— Стой, придурочный! — раздался за спиной грубый мужской бас. — Стой! Стрелять буду!
Грубанов не послушался — деревья были слишком близко, чтобы останавливаться! Еще чуть-чуть, всего полдюжины прыжков…
Бах!
Николай на подкосившихся ногах по инерции сделал еще пару-тройку шагов, а затем, пропахав лицом небольшую колею, ничком завалился на землю.
«Вроде живой! Вроде не попал! — прислушиваясь к своим ощущениям, встревоженно подумал он. — Вот гнида, реально стал стрелять! Я думал — пиздит!»
Со стороны камуфляжников раздался тяжелый, быстро приближающийся топот. Николай обхватил голову, в душе понимая, что от пули его это не спасет. К счастью, стрелять никто и не думал.
Подбежавший мужчина, грубо воткнув подошву сапога в лопатку избранного, угрожающе прохрипел:
— Лежи, сука.
Команда явно была лишней — вставать Грубанов и не планировал.
К мужчине с пистолетом подбежал кто-то еще. Перекинувшись парой фраз, камуфляжники в четыре руки подхватила Николая подмышки и поволокли к реке — спиной вперед, так, что пятки новоявленного пленника чертили по песку две неровные полосы.
Краем глаза он видел, как камуфлированные фигуры, что остались у берега, выдернули из эльфийского круга трех темных. Надев им на головы то ли мешки, то ли очень широкие повязки, потащили по песку, так же как и Николая.
