— Молчать! — Новый удар, на этот раз по плечу. — На четвереньки! Ко мне!
Грубанову не оставалось ничего иного, кроме как подчиниться. А Люцифер, наблюдая за неловко ползущим к ней мужчиной, опустилась на стул. Откинувшись на спинку, положила ногу на ногу.
— Лижи.
Николай, в собачьей позе замерев возле ее ножек, недоуменно поднял голову:
— Что… лизать? Киску? Это я всегда готов…
— Сапоги, — хлыстом щелкнув по полу рядом с избранным, перебила демонесса. — Лижи.
Николай, бросив взгляд на обувь демоницы, с отвращением скривился — лакированная кожа была покрыта белесым слоем то ли пыли, то ли праха, а может быть и перетертыми в труху костями…
— Мне долго ждать? — Плеть, оставив глубокую рану, опустилась на спину Грубанова.
Тот поспешно припал к мыску демонического сапога. Но, едва дотронувшись губами и почувствовав во рту вкус мертвечины, брезгливо отпрянул…
Люся рыкнула. Кнут, со свистом разорвав воздух, вновь прошелся по спине избранного.
— Блять! Ну больно же! Сука! — выгнувшись дугой, не стерпел он. — Ты обещала мне то, что я люблю! Секс! А не избиение!
Люцифер обольстительно улыбнулась:
— Я же демон! Даже если я и обещаю что-то хорошее, то это «хорошее» все равно будет… с привкусом говнеца! Такова моя демоническая натура. А теперь, будь добр, все же разогрей язычок на моих сапогах, скоро он понадобится тебе для других дел.
Николай смирился. Нагнувшись, с отвращением провел губами по мыску сапога. Затем, оставляя на черной коже влажный след, переместился немного выше. Потом — вбок. После — чуть ниже…
Демоница с интересом наблюдала за этими перемещениями, но вскоре ей надоело. Слегка оттолкнув мужчину, приподняла ножку:
— Возьми в рот мой каблук… «каблук»!
От этой команды Николай плотно сжал губы и сглотнул — таким каблуком можно было убить! Особенно если резко вогнать его в горло… Но делать было нечего, ведь спорить с Люцифером — значит вновь получить удар хлыстом! Поэтому он, чуть ли не прижавшись лицом к полу, аккуратно погрузил кончик каблука между губ.
— Глубже бери. Глубже. Еще глубже… Ну глубже давай, кому говорю! А теперь соси… — приговаривала демонесса. — Ну кто так головой двигает? Да-а, потенциальный гей из тебя хреновый!
Люси чуть ли не с зубами выдернула каблук изо рта избранного, и тот, отплевывая песок, с облегчением прокашлялся.
«Надеюсь, на этом унижения закончены, — подумал он, — и мы наконец-то перейдем к сексу».
Но все только начиналось.
Мановением адских пальчиков стул, на котором сидела Люси, внезапно трансформировался в гинекологическое кресло с подставками для ног. Не успел избранный и пикнуть, как демоница задрала юбку и, широко раздвинув ножки, положила их на подколенники.
Трусиков на Люцифере не наблюдалось.
— Чего уставился? — усмехнулась она. — Или не знаешь, что делать?
— Догадываюсь… — пробормотал Николай, не в силах оторвать взгляд от выбритых половых губок демонессы. Точнее, не в силах оторвать взгляд от ряда острых зубов, что росли на выбритых половых губках!
«Сука, маленький вагиномонстр! — вспомнив первое испытание, подумал он. — Ну ладно, ничего страшного,
То ли услышав ход его мыслей, то ли почувствовав приближение мужчины, но зубки угрожающе приоткрылись.
Николай замер. Вопросительно посмотрел на демоницу.
— Все нормально. Не обращай внимания и начинай лизать, — на немой вопрос отмахнулась та и усмехнулась: — Самостоятельно клитор найдешь?
Но Грубанова слова Люси не вдохновили:
— Точно не укусит? Не хотелось бы… остаться без носа!
— Если прикусит, значит, ты ей понравился. Играется она так.
Зубки, будто соглашаясь, сделали воинственное «клац-клац!»
— Приятного аппетита, — хмыкнула демонесса, и было непонятно, к кому именно она обращается — то ли к своей вагине, то ли, издеваясь, к Николаю. Который, приблизив свои губы к губкам половым, осторожно провел между ними языком.
Демонесса подалась тазом вперед:
— Давай активнее, убийца богов!
И Николай, стараясь не попасться языком в зубастый капкан, на полную расчехлил свою шершавую «лопату».
Люси застонала и, схватившись за подлокотники, потекла густой прозрачной смазкой.
— Па… аль! Чики! — простонала она. — Введи!
Избранный, скосившись на вновь клацнувшие зубы, раздвинул губки и проник пальцами в обжигающее лоно.
Зубки захлопнулись, глубоко разодрав кожу и разорвав мясо. Николай, чувствуя, как по пальцам начинает сочиться кровь, зашипел от боли.
— Сделай же что-нибудь! — Люцифер издала очередной стон и едва заметно взмахнула рукой. — Трахни меня!
Парочка перенеслась на мягкую широкую кровать — демонесса в одних сапогах лежит на спине с приглашающе распахнутыми ногами, а Николай нависает сверху, ладонями уткнувшись в грудь адской властительницы.
— Входи!
Грубанов напрягся — воспоминания, как «пиздатая челюсть» легко прокусила палец, были слишком свежи…
— Да не откушу, не бойся! — с похотливой улыбкой пообещала демоница. — Входи.
