—
— Ничего себе! — произнесла я. — А почему нас с Ильёй Андреевичем не спросили? А если бы я отказалась от замужества?
— Кого спрашивать-то было? Оба чуть ли не на том свете находились. Вот и решила, что даже если не выживете, то хоть так вас рядышком оставлю… И не тебе, упрямица, с княгиней Елецкой тягаться! Сказано замуж, значит, замуж! Мне помирать скоро. Кому внука бедового передать? Силком бы под венец вас поволокла, но от своего не отступилась! Ещё и ерепенится, будто свинопаса ей подсовываю! Вот же жена кому-то зловредная достанется!
— Мне достанется, — улыбнулся Илья Андреевич.
— На то и уповаю, внук.
— Спасибо, Екатерина Михайловна, — ответила я. — И за заботу, и за честь приобщиться к вашему великому роду. Постараюсь сделать всё, чтобы быть достойной носить фамилию Елецких. Вложу все свои силы и душу, чтобы вы ни на секунду не разочаровались в своём решении.
— Хоть одна здравая мысль из ваших, Елизавета, уст прозвучала, — благосклонно кивнула княгиня. — Вот оба на ноги встанете, так сразу свадебку и сыграем.
Выздоравливал Илья Андреевич долго и сложно. Несколько раз были серьёзные осложнения. Но благодаря моему полностью восстановившемуся Дару и заботе окружающих, мы преодолели все кризисы. Лишь к середине зимы он сам, без посторонней помощи смог выйти на улицу. Тут же ему подвели Тумана. Увидев хозяина, конь радостно забил копытом. Князь же, дав ему лакомство, осторожно забрался в седло и совершил небольшую верховую прогулку по парку.
— Как вы себя чувствуете? — сразу же спросила я, когда он подъехал к крыльцу дома.
— Как счастливый человек! — признался довольный, раскрасневшийся на морозе Елецкий. — Для полного счастья мне не хватает одного. Чтобы вы наконец-то стали моей женой. Немедленно идём к Екатерине Михайловне для составления планов на свадьбу.
Услышав, зачем мы пришли, неугомонная старушка сразу же начала озвучивать свои задумки.
— Значит так! Вся Москва позавидует! Гулять будем знатно! Приглашения я уже составила. Меню тоже. Намечается около трёхсот гостей. Все важные персоны. Венчание в соборе проведёт сам…
— Подождите, — прервала я её. — Вообще-то, это наша свадьба. Если моё мнение важно, то я бы не хотела много гостей. Мне не нужны те, кому наплевать на нашу с Ильёй Андреевичем судьбу. Зачем такой великий момент омрачать присутствием завистников, брызжущих ядом за нашей спиной? Уверена, что большинство из тех, кому подготовили приглашения, вы сами на дух не переносите.
— И что с того? Это моветон, если не пригласим некоторые семейства.
— Вы не переносите, я не переношу…
— А уж я так тем более! — добавил князь. — И, бабушка, полностью согласен с Елизаветой. Хочется для себя, для души и сердца провести обряд. Даже знаю, как подобное совершить, не нарушая светских приличий. Наш Дом Призрения — отличное место! Он достаточно далеко от Москвы, но не так уж и сильно, чтобы были сложности приехать в него.
Приглашения разошлём всем. Те, кому на нас наплевать, не станут переться чёрт знает куда и придумают вежливые отговорки. Кто же искренне захочет присутствовать на нашем венчании, тот не посмотрит на расстояние и приедет. Особняк большой, поэтому разместить гостей в нём сможем. Да и многим нашим постоялицам подобный праздник только на пользу пойдёт. Вы же, Екатерина Михайловна, знаете, как все там любят нашу Лизу.
— Дурнее идеи не придумаешь! — резко произнесла княгиня.
После этих слов между нами завязался ожесточённый спор. Почти неделю мы жили с Ильёй Андреевичем, находясь в настоящих контрах с этой упрямой особой. Но в один из прекрасных дней она всё же сдалась.
— Ладно! — махнула Екатерина Михайловна рукой. — Если парочка из вас такая странная, то почему бы и место молодожёнам под стать не взять. Но свадебное платье, Елизавета, я выбираю сама. А то с вас станется в рубище на венчание прийти! Это моё условие! Не согласны, то сейчас же пойду и подам императору прошение об отмене его разрешения на ваш брак. Я сделаю это! Вы меня знаете!
