— Кажется, вас, Илья Андреевич, подрастрясло в дороге, если чудеса всякие мерещатся, — положив ему ладонь на лоб, произнесла я. — Вон и горячий весь. Уж не заболели ли?
— Я в здравом рассудке…
— Совсем не в здравом, — перебиваю его. — Глаза нездорово блестят, колотит. Сходили бы от греха подальше, в баньке попарились, пока окончательно не спятили. Ну, или внятно объясните ту чушь, которую мы с Екатериной Михайловной сейчас услышали.
— Да, внук! — неожиданно сильным молодым голосом, так не вязавшимся с тщедушным телом, проговорила княгиня, вставая с кресла. — Кроме болезни, не вижу причин для подобных заявлений.
— Здоров я! — раздражённо воскликнул князь. — Просто не собираюсь ходить вокруг да около! Решил сразу поставить вас, бабушка, в известность о своих намерениях в отношении Елизаветы Васильевны. Не люблю недомолвок.
— Вон! — посмотрев на меня, приказала старуха. — У нас тут семейный разговор, и он тебя не касается.
— Вообще-то касается. И будьте любезны, Екатерина Михайловна, соблюдать приличия. То, что вы высокого положения, не даёт вам никаких прав мне хамить. Лучше бы внучка своего нормально воспитали, чтобы он подобные кренделя не устраивал.
— Вон! — указав на дверь, повторила княгиня. — Это мой дом, и я решаю, кто в нём может находиться. Тебе, девка, здесь не место!
— Да гори оно всё синим пламенем! — в сердцах проговорила я.
После этого решительно вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. Иду по коридорам и ругаюсь последними словами. Ах, Илюшенька! Ну, скотина! Это же надо так было подставить! Да и эта карга не лучше!
— Подождите! Лиза! — слышу до боли знакомый голос и топот бегущих ног.
Оборачиваться не хочу, а то сейчас всю княжескую морду расцарапаю.
— Да остановитесь же! — схватил меня за руку догнавший Елецкий. — Елизавета! Я сейчас всё объясню.
— Бабушке своей будешь, а меня не трогай.
— И ей тоже объясню!
— Отпустите! Я ухожу.
— Куда вы пойдёте без денег и знакомых в столице?
— Бордель поищу, в который вы, смотрю, уже мысленно меня определили.
— Неудачная шутка.
— А мне плевать! Пустите, иначе кричать буду!
— Да… — задумчиво проговорил он. — Кажется, слова сейчас бессмысленны. Хотите кричать? Кричите.
После этого князь схватил меня и забросил себе на плечо. Ловко так, будто бы всю жизнь разъярённых женщин похищал. Я даже пикнуть не успела. Попыталась вырваться — не выходит. Потом, как и обещала, стала орать, но ни на удивлённых слуг, ни на Илью подобное не возымело никакого эффекта. Смирилась и заткнулась, чтобы не выглядеть ещё более комично.
— Вот так-то лучше, — прокомментировал моё поведение этот гад почти не запыхавшимся голосом. — Ну почему нельзя дослушать? Вы, женщины, постоянно не даёте договорить. Что вы, Елизавета, что бабушка.
Молчу. Вести беседы с этим негодяем не собираюсь. Так и доехала обратно на место своего недавнего позора. К сожалению, княгиня осталась здесь и явно готовится ко второму акту этой пьесы.
— Зачем ты её притащил? — сурово поинтересовалась она у внука. — Если что-то не устраивает в моих словах, то тебя тоже не задерживаю.
— Лучше себе оставьте это недоразумение! — не выдержав, пискнула я с плеча. — Сами мучайтесь со своими ошибками воспитания!
— Не смей оскорблять моего внука! Не по чину тебе рот раскрывать!
— Тогда я молча ему лицо начищу! Как на землю поставит, сразу и начищу!
— Чего?! — тут же взвилась княгиня. — Ты хоть понимаешь, кому подобное говоришь?!
— Больной женщине, к которой вот этот непутёвый за много вёрст притащил меня, чтобы я смогла поправить её здоровье! Спасибо за такую "тёплую" встречу!
— Тебе сделали честь… Илья! Быстро поставь её на пол! Я не могу разговаривать с задом!
— Лучше, бабушка, я к вам Елизавету Васильевну лицом поверну. Опускать опасно. Если она обещала мне тумаков надавать, значит, обязательно сделает, — спокойно предложил Елецкий с лёгкой иронией в голосе.
— И правильно поступит! Ты в своём дурдоме сам дураком стал!
— Полудурком, — добавила я. — Он же доктор, а не пациент.
— А ты молчи!
— А вы не провоцируйте! Я человек, а не тварь бессловесная! Тварей тут и без меня хватает! Целый дворец! Издеваются над невинной девушкой, и никто на помощь не идёт!
— Потаскуха хитрая! Это ты-то, “невинная девушка”?!
— Да уж, не вы, бабуля. Ни по возрасту, ни по остальному уже давно не подходите.
— Я ещё тебя переживу, мерзавка! И где только…
Договорить Екатерина Михайловна не успела. Тихо охнув, потеряла сознание и упала на пол. Князь тут же опустил меня и кинулся к родственнице. Я за ним.
— Опять обморок, — прокомментировал очевидное он. — У неё на шее кулон с нюхательной солью. Сейчас достану.
— Подожди! Не трогай. Дай-ка мне осмотреть.
