Юная леди Мэри Джекилл, оставшаяся круглой сиротой после смерти матери, была готова мужественно влачить полунищенское существование. Однако на встрече с семейным адвокатом Мэри с удивлением узнает, что ее мать ежемесячно перечисляла внушительные суммы в приют для бедных девиц. Заинтригованная, Мэри едет туда и встречается с 14-летней Дианой Хайд, утверждающей, что они с Мэри – сестры. Именно так начинается история дамского клуба «Афина», невероятных приключений и расследования преступлений тайного общества алхимиков. А помогать мисс Джекилл в этом нелегком деле будут мистер Шерлок Холмс и доктор Ватсон. Впрочем, Мэри поможет знаменитому детективу распутать серию кровавых убийств в Уайтчепеле и выйти на след Джека-потрошителя.
Здесь обитают чудовища.
Мэри: – Не думаю, что это подходящий эпиграф для книги.
Кэтрин: – Тогда сама ее и пиши. Честно, просто не знаю, зачем я на это согласилась.
Мэри: – Потому что нам нужны деньги.
Кэтрин: – Как обычно.
Мэри Джекилл смотрела в открытую могилу, куда опускали гроб ее матери.
Снова начался дождь. Вернее, не дождь, а пробирающая до костей слякотная морось, означавшая лондонскую весну.
– Раскройте зонтик, моя милая, иначе промокнете, – сказала миссис Пул.
Мэри послушно раскрыла зонтик, хотя ей было все равно, промокнет она или нет. Вот они все стоят, собравшись вокруг прямоугольной ямы в земле серого кладбища Сент-Мэрилебон. Преподобный Уиттейкер читает молитвы по требнику. Сиделка Адамс выглядит мрачно – а разве когда-либо было иначе? Кухарка вытирает нос платочком. Энид, горничная, всхлипывает, уткнувшись Джозефу в плечо. Той частью разума, которая отвечала за оплату счетов и обсуждение хозяйства с миссис Пул, Мэри подумала, что надо бы поговорить с Энид – не слишком ли вольно та ведет себя с лакеем? Элис, судомойка, держится за руку миссис Пул. Сама экономка стоит с бледным и торжественным лицом – впрочем, опять-таки, это ее обычное выражение.
На дне прямоугольной ямы стоял гроб, а в гробу лежала ее мать, одетая в голубое шелковое платье – свадебное, подобранное некогда под цвет ее глаз, теперь навеки закрытых. Одевая покойницу, Мэри и миссис Пул осознали, как она исхудала за последние несколько недель, совсем высохла. Мэри собственноручно расчесала седые волосы матери, все еще пронизанные нитями золота, и прикрыла прядями ее худые плечи.
– Аллилуйя, – отозвался нестройный хор, состоявший из миссис Пул, сиделки Адамс, кухарки, Джозефа и Элис. Энид продолжала всхлипывать.
– Аллилуйя, – с секундным опозданием произнесла Мэри, выбившись из общего ритма.
Она протянула зонтик миссис Пул, сняла перчатки и встала на колени у края могилы. Набрала в ладонь горсть земли и бросила ее на крышку гроба. Слышно было, как комочки дерна застучали по дереву – немногим громче, чем капли дождя. Сегодня пополудни могильщик насыплет над гробом аккуратный холм – так могила и останется до того дня, когда привезут надгробный камень с надписью
По крайней мере наполовину это правда.
Мэри не торопилась подняться с колен, хотя влага постепенно просачивалась ей сквозь подол платья и глубже, сквозь чулки. Наконец она встала и забрала у экономки свой зонтик.
– Миссис Пул, будьте добры, отведите всех обратно в дом. Мне нужно расплатиться с преподобным Уиттейкером.
– Да, мисс, – отозвалась миссис Пул. – Хотя не хотелось бы оставлять вас одну…
– Пожалуйста. Я уверена, Элис уже проголодалась. Обещаю, что совсем скоро к вам присоединюсь.
Сейчас она пойдет в церковь вслед за преподобным Уиттейкером и внесет пожертвование в реставрационный фонд прихода Сент-Мэрилебон. Но до этого ей хотелось провести несколько мгновений наедине с матерью. С тем, что осталось от Эрнестины Джекилл, запертой в деревянном ящике, о крышку которого стучали капли дождя.
Мэри: – А обязательно начинать со сцены похорон? Может, лучше с чего-нибудь другого? Я-то думала, ты сразу перенесешь читателя в гущу событий, так сказать, in medias res.
Прежде чем Мэри успела остановить ее, Диана нагнулась над трупом Молли Кин, пачкая в крови носки ботинок и край платья. Низко склонившись над убитой, она разжала ее закоченевшую руку и вытащила то, что девушка зажимала в кулаке: металлическую пуговицу.
– Диана! – воскликнула Мэри.
