Автобиографичная мистика.Впервые я побывал в глухой сибирской деревне, где явился в сей милый мир. Приехал из Москвы – тогда ещё бедным, но уже чуть знаменитым… И то, что смерть собралась к моей маме в гости – даже не почуял… Присутствует фотоотчёт. (с) Автор.
© Андрей Ангелов, 2019
ISBN 978-5-0050-1625-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
– Когда-нибудь мы съездим в ту деревню, где ты родился, Андрей, – мне часто говорила мама. – Где мы с твоим отцом жили по распределению от Института, работая в сельской школе. Отец – учитель истории и директор, а я – учитель русского и литературы.
– 1975 год. В этой школе училось 30 детей, – обычно добавлял папа. – Первый класс – это 3 человека, второй класс – 2 человека, седьмой класс – 4 человека, и так далее…
Рис. 1. Дополнение от моего отца – скрин из мессенджера, после того, как он прочитал текст.
«Действительно, я родился в глухой сибирской деревне,
которую сейчас и на карте не найдешь.
Она пока дышит, но не совсем уверенно.
Мы жили там всего 1 год, а после переехали
в мелкий городишко на юге Западной Сибири, на родину
мамы. Там я прожил до 32-х лет, пока не удрал в Москву».
Рис. 2. Я за плечом брата. Мак свободно рос в огородах Сибири. Примерно 1983.
Такая у нас, у всех троих – была мечта: съездить втроём в эту глухую деревню, где родился первенец, коего назвали по желанию мамы Андреем – в честь Андрея Болконского. Съездить спустя 20 лет, потом прошло уж 30 лет… А авто у нас не было.
Рис. 3. Еще фотка из детства, я (слева) с тогдашним другом Серёгой. В руках у него – пряник, и это мой пряник. Я с ним поделился, так как Сереге пряники нечасто перепадали от родичей.
В августе 2014 года я полетел на историческую родину, откуда уехал пять лет назад. Меня настойчиво выталкивала туда жена. Денег особо не было, поводов (в общем) тоже, – тем не менее:
– Тебе надо съездить. Повидаешь маму, которую ты очень хочешь увидеть. – Так сказала жена.
И я улетел. Дома всё как всегда. Только мама была грустной.
***
Итак, в августе я приехал. Сделали праздничный шашлык.
Рис. 4. Я возле того самого дома, где и был шашлык. Дом моей бабушки. Август 2014. К слову, фото выше, с другом Серёгой – тоже возле этого дома сделано.
А после шашлыка – отец стал настойчиво собираться в глухую деревню, где я родился. И я сам туда рвался – именно в этот приезд. Исполнить, наконец, мечту! Автомобиль у отца теперь был. Мама отправила нас двоих, сама ехать отказалась.
И мы с отцом вдвоём осуществили сию мечту. Проехали по жаркой августовской дороге 160 километров туда и 160 – назад. Походили по деревне, отец попутно рассказал, показал. Поговорили и с местными жителями. Сделали несколько снимков, на память.
Рис. 5. По дороге в деревню, где я родился. 12 августа. Капот поднят, чтобы охладить авто.
Честно говоря, я не очень впечатлился поездкой, ну так всегда – обыденность гораздо более прозаичней, чем мечта.
Рис. 6. Мой отец у той самой школы, где 38 лет назад преподавал. Его первая школа. В момент фото – была уже закрыта (не работала вообще). 12 августа.
Рис. 7. Дом, в котором я родился, за спиной. Точней, буквально родился в роддоме – в городе, а в этот дом меня после привезли, и я тут жил 1 год, познавая мир. Здесь мне 38 лет. 12 августа 2014.
Через пару суток я улетел назад – в Москву, на свою родину по призванию. А мама умерла через пять месяцев и девять дней. Рак почки, и уже шли метастазы в другие органы. Никто не знал, что у нее рак. Ведь ее даже лечил не врач, а фельдшер, в нашем городке. Елико врача то ли не было вообще, то ли он был в отпуске.
Фельдшер (
Рис. 8. Я у сельского магазина в родной деревне. Магазин работал, в отличие от школы. Как видим, за моей спиной – авто привезло продукты. До города отсюда – двенадцать километров. 12 августа 2014 г.
Все пять месяцев и девять дней – я находился в Москве, выживал, – и с мамой мы общались по телефону, примерно раз в неделю. Она ничего не говорила про слабость, про то, что сильно похудела, что последний год не выходит почти из дома…
«Честно говоря, в августе 2014 года я маму не очень узнал,
она сильно изменилась, но как-то не обратил на это
особого внимания, да и мама не распространялась, не желала…».
