Пока Мартин балаболил, Келлауэй перегнулся через сиденье и расстегнул кобуру начальника полиции. Риклз глянул вниз, когда охранник уже выхватил «глок» и ткнул стволом ему в ребра.
– Вели ему отправляться к моему дому, где ты его поджидать будешь, а потом – отбой.
Риклз держал в руке микрофон и с удивлением смотрел вниз на пистолет ясными голубыми глазами.
– И следи за дорогой, – добавил Келлауэй, и Риклз поднял голову и тут же вдарил по тормозам, уходя от задка «Каприса», медленно тащившегося сквозь дым.
Риклз судорожно сжал микрофон.
– Господи. О’кей. Вот еще, мать ее, не было печали. Нам лучше… лучше нам сойтись у дома Келлауэя. Ко мне он не пришел, так что, наверное, все еще дома. Первые же полицейские, которые туда прибудут, должны задержать его. Я сейчас врубаю огни с сиреной и тоже туда. Конец связи. – Он отпустил микрофон и повесил его на коммуникатор.
– Останови у той заправки, – сказал Келлауэй. – «Шелл», справа. Я тебя выпущу и ссажу там… потому как ты мне тоже нравишься, Джэй. От тебя я только доброе и видел.
Риклз тронул сигнал поворотника и стал сбавлять скорость. Лицо у него бесстрастно застыло.
– Ясмин Хасвар? И мальчик, Ибрагим? Это ты? – спросил Риклз.
– Это было самое последнее на свете, чего я хотел бы, чтоб случилось, – отозвался Келлауэй. – Говорят, что оружие людей не убивает, что люди убивают людей. А у меня такое чувство, что оружию нужны были и она, и он. Правда-правда. Ясмин Хасвар выскочила из ниоткуда, будто знала, что там ее пуля ожидает, и оружие выстрелило. Иногда оружие все же убивает людей.
Машина встала на стоянке с восемью рядами колонок и небольшим магазином сопутствующих товаров по центру. В это утреннее время большинство колонок были свободны. Пелена голубого дыма постоянно накатывала на стоянку, перекатывалась через крышу крохотной торговой точки. Поворотник пикапа все еще отщелкивал – щелк-щелк-щелк.
– Что за куча дерьма, – сокрушался Риклз. – Засранец ты нерадивый! Оружие просто так не выстреливает.
– Неужели? – усомнился Келлауэй и застрелил его.
Отстегнув ремень на сиденье Риклза, Келлауэй толкнул того в сторону, и маленький толстячок растянулся на переднем сиденье. Потом охранник вылез из кабины, обошел пикап и с водительской стороны уселся за руль. Окошко со стороны водителя было забрызгано кровью и плотью, будто кто-то швырнул в стекло горсть розовой слизи.
Он оттолкнул Риклза, освобождая себе побольше места, и старичок-полицейский, соскользнув, упал на пол, одни лишь ноги его остались на сиденье.
Из магазинчика вышел мужчина, франт пятидесяти с чем-то лет с длинными седеющими волосами, в футболке с какой-то рок-группой под незастегнутой фланелевой рубахой. Келлауэй поднял руку в обычном приветствии, и мужчина, кивнув в ответ, сунул в рот сигарету. Может быть, он услышал выстрел и вышел поглядеть. Может быть, ему просто захотелось покурить. Никто больше не удостоил пикап повторного взгляда. Жизнь не похожа на телевидение. Люди не обращают внимания на то, что слышат, не раздумывают над тем, что видят. Занятые пешеходы могут часами проходить мимо какого-нибудь умершего бездомного, считая, что тот спит.
Келлауэй отправился назад, к дому Джэя и подальше от жизни, какой он жил последние пятнадцать лет. Он уже был преступником, а скоро станет еще и убийцей полицейского. Он считал, что его шансы улизнуть ничтожны, хотя было кое-что, что работало ему на пользу. Оно лежало в «Приусе». В том числе и штуковина с рожком на тридцать патронов.
Он свернул во дворик гасиенды Риклзов и остановил машину. Когда он вылезал из кабины, открылась входная дверь, на крыльцо вышел белобрысый пацан (его звали Меррит) и встал, тупо уставившись на него. Келлауэй кивнул, мол, как делишки, и быстро прошел к своему «Приусу» с «глоком» начальника полиции Риклза в руке. Бросил пистолет на пассажирское сиденье и быстро убрался со двора. Когда глянул в зеркало заднего вида, мальчишка повернул голову, уставясь на дедушкин пикап. Может, гадал, отчего это окошко со стороны водителя изнутри все грязью заляпано.
Порывом ветра «Приус» толкало в сторону загаженной набережной, и Келлауэю приходилось налегать на руль, чтоб держать машину на полотне дороги. Дым клубился вокруг него, пока он выруливал на запад.
