Обстрел продолжался больше часа, пока первые отряды с лестницами и башнями не подошли к стенам. Там началась такая ружейная перестрелка, что всё пространство между лестницами и стенами затянуло огромным пороховым облаком, и через несколько мгновений из него, вырвался рой огненных стрел, который градом обрушился на штурмующих. Всё вокруг стен воспламенилось, и солдаты, в панике пытаясь спастись от огня, прыгали в ров.
Со стороны орудий послышался крик; я обернулся и увидел, как вдали начали закладывать ядра в пушки, а к стенам стали стягиваться стрелки. Солнце уже понемногу склонялось к закату, и все торопились начать последний штурм, который окончит сей сложный день победой или истреблением друг друга.
Одним залпом орудия пробили огромную брешь в стене, похоронив под обломками раненых и погибших. Как только облако пыли и грязи рассеялось, туда двинулись первые стрелки, пытаясь идти ровным строем по обломкам и под обстрелом с башен. Навстречу им вырвались всадники с мечами наготове и, снося головы стрелков, ринулись на остальные части армии Гарольда, но их тут же остановили картечными залпами из пушек, оставив лишь изрешечённые тела.
Земля сотрясалась под выстрелами пушек, вздымая в воздух облака пыли. За стенами также не молчали и с разной точностью били по нашим войскам, через раз разрезая наши ряды и снося взрывами неудачных конников, которые передавали приказы генералов.
Под оглушительный звук рога огромное войско двинулось к пролому и воротам с тараном, среди них был и сам Гарольд, идущий под своими стягами. Как только они достигли ворот, таран за несколько ударов пробил ворота, и без того уже повреждённые катапультой.
И вот через несколько минут после залпа стрелков я с отрядом мечей ворвался в толпу сражающихся в воротах замка. Гарольд вовсю теснил врага вглубь, не давая ни секунды времени для организации защиты. А мы и вовсе своим появлением выдавили войска герцога из ворот и ворвались в замок, где нас ждал сам герцог Клод со своими рыцарями. Стрелки, слившись со всеми, вносили ещё больший хаос, ибо после каждого выстрела в воздух взмывало пороховое облако и на несколько мгновений окутывало всех рядом стоящих солдат.
Несколько раз мы сходились с врагом вплотную, однако ни разу никто никого не оттеснил, но, когда Гарольд добрался до Клода, сразу же возле них вскипела яростная битва, так как каждый пытался защитить своего правителя.
Тут же ближайшие стрелки в суматохе открыли огонь в сторону герцога, но, едва не попав в самого короля, они сразу прекратили стрелять и быстро попытались смешаться с толпой.
Выхватив у одного из стрелков ружьё, я направился в сторону герцога и прямо на ходу прицелился; когда я начал нажимать на курок, меня сбил один из рыцарей и мой выстрел просвистел над головой герцога. Тут же кто-то рядом со мной тоже выстрелил, но куда-то в сторону, а затем последовавший за ним выстрел сразил Клода наповал. Брызги крови хлынули во все стороны и, скорчившись, он рухнул на колени перед королём. Клод искривился в улыбке и засмеялся – казалось, что это он победил и празднует победу, но, получив удар мечом в грудь, он тут же переменился в лице и, издав жуткий предсмертный крик, упал лицом в грязь под ноги Гарольда. В этот момент всё стихло, все обратили свои взгляды в сторону короля и лежащего возле него мёртвого герцога Клода. Через толпу людей герцога пробрался один из рыцарей, он снял шлем и, присев возле тела, попытался нащупать пульс, но практически сразу поднял голову и посмотрел на короля Гарольда.
Выхватив у знаменосца стяг, он вышел из-за ворот.
Воздев взгляд к небу, король поднял руки и, сотрясая воздух, закричал.
–
Он воздел знамя вверх и оглядел войска: все ликовали и кричали, размахивая знамёнами.
–
К Гарольду быстро примчали оруженосцы, подводя белого коня к нему. Король, тяжело вздохнув, отдал стяг и, через силу взобравшись на коня, помчал к Арону собирать войска.
