— Нет! Нет! Пожалуйста! Не надо!!! — снова пыталась выбраться из цепких когтей пернатой, но все тщетно. Я с ужасом смотрела, как от нас становилась все дальше и дальше земля и вместе с ней — Блэйк, Бони и остальные члены нашей группы…
Руф долгое время продолжала петлять между скалами Харборовского хребта. Большие горные водопады с шумом наполняли реки, что тонкими нитями разрезали зеленый ковер лесов. То, что Руф тащит меня на обед в свое гнездо, я не сомневалась. Вот только меня теперь мучает вопрос: она меня сразу съест или оставит малышам на обед?
— Ты же говорил, что Руф это легенда, — возмутила я и посмотрела на кулон.
«
«
Но вдруг Руф разжала свою стальную хватку, и я упала плашмя прямо на что-то несильно мягкое, но и несильно твердое. Птица что-то крикнула напоследок и, рассекая воздух огромными крыльями, скрылась в неизвестном направлении.
«
« — не то радостно, не то обреченно произнес Череп. Я с трудом поднялась на ноги. Все тело жутко ныло после объятий пернатой. Я осторожна начала залечивать все полученные ссадины и попутно осматривала гнездо. Большое, просторное. Повсюду были разбросаны больше черные перья. Над гнездом нависла огромная гладкая скала. Залечив свои «боевые» ранения, подошла к краю гнезда. Вид отсюда открывался невероятный! По обе стороны — каменные пики гор, а внизу располагалась долина. Где-то вдалеке разносился шум водопадов. Красота, нечего сказать! Но мне сейчас не до любованием пейзажем. Осторожно взобралась на край гнезда и посмотрела вниз. Боги милостивые! Как высоко!
«
«
— Знаю, — и осторожно залезла назад в гнездо. — Я и не собиралась прыгать.
Кулон засиял яркой искрой и вот передо мной уже летает хрустальная голова.
— И что ты собираешься делать?
— Не знаю. Но сидеть, сложа руки, не намерена, — но в эту же секунду я увидела в паре метрах от себя три яйца. В высоту были чуть выше моего роста, небесно-голубые с черными пятнышками. Похоже, меня, правда, принесли к обеду.
— Лучше тебе поскорее найти способ спуститься отсюда. Неизвестно, когда этим птахам захочется на волю.
— Но какой выход может быть?.. Внизу — пропасть, а здесь, — указала на скалу, — тупик. А может, ты…
— Э-э-э нет. Я понял, что ты хотела сказать, но нет. Моей магической энергии не хватит, чтобы спустить тебя.
Обреченно вздохнула. Неужели, это конец?.. А что же будет с ребятами?? Они, наверняка, переживают за меня. А еще хотели сегодня хребет преодолеть, как же! Села и поджала колени к груди. И почему от меня всегда столько проблем?..
— Эй, не распускай нюни, — приказным тоном сказал Череп. — Ты спасла Бони.
— Но теперь Блэйк и остальные будут думать, как спасти меня, — вытирая дорожки от слез, пробубнила я.
— А ты уверена, что они уже не придумали способа? — и Череп приземлился напротив меня. Неожиданно со стороны яиц послышался тихий треск. Я насторожилась. Снова тихий треск и на скорлупе одно из яиц появилась трещина.
— Прекрасно день прошел! Я проживу остаток своих тысячелетий в желудке птенца Руф! — возмутился Череп. Скорлупа снова дала трещину, и я, на всякий случай, поднялась на ноги. Снова треск, яйцо раскачалось, и через секунду в гнезде появился маленький птенец. Ну, как маленький… ростом с меня. Темные, еще совсем мокрые перья негустыми рядами покрывали голову, грудь и тело. А вот на крыльях уже были маховые перья. Желтый изогнутый, как у орла, клюв и большие темные глаза. Птенец, качаясь, поднялся на ноги, и, махая своими крыльями, зевнул.
— Что ж, теперь в мире на одного птенца Руф стало больше, — хмыкнул Череп. Птенец, услышав посторонний звук, тут же повернул голову в нашу сторону. Я замерла. Малыш Руф, деловито виляя хвостиком, подошел ко мне и пискнул. Затем он начала тереться мордочкой об меня и мурлыкать, как кот. А вот теперь я в полной растерянности. Знаю, конечно, что некоторые птенцы принимаю за свою мать первое, что увидят, но не думала, что и птенцы Руф будут такими…
— Поздравляю тебя, Илис, ты стала мамой! — наигранно обрадовался Хрустальный.
— Я очень рада, — парировала я и осторожно погладила влажные перья малыша. — Ох, Боги, что же мне с тобой делать? Если твоя мама прилетит, то мне не сдобровать.
Но малыш не услышал моих слов и продолжал ластиться и мурлыкать. Осторожно начала рассматривать организм птенца с помощью силы. Слава Богам, он здоров. Никаких отклонений нет. Интересно, а остальные птенцы собираются вылупляться? Подошла к оставшимся яйцам и прислушалась. Жизнь есть, но наружу пока выходить не собираются.
— Итак, — начал подводить итоги Череп, — к чему мы пришли? Нас не съели, уже радует.
— Череп, а ты не можешь полететь к Блэйку и сказать, где я?