— Тебе нужна кровь оборотня? — части мозаики вдруг встали на свои места. В сердце шевельнулось странное безразличие к происходящему. Что ты наделал, Странник? Зачем спас? — Ты в этом уверен, наследник Мироса? Моя кровь не принесёт тебе свободы, она сделает тебя рабом Рееты. Но если хочешь, я готов её дать. Добровольно!
С лица Ривида сползло насмешливое выражение, он побледнел, в глазах мелькнуло понимание. Да, Ярослав способен открыть Двери, но его кровь — это кровь короля Рееты, и любой, с чьей кровью она смешается, станет обитателем мёртвого леса.
Он вдруг хищно улыбнулся, сделал быстрый шаг к пленнику и взмахнул кинжалом.
Оборотень почувствовал колючий холодок. Он узнал его, только теперь он стал другим, не обжигающим, не ранящим, но хорошо воспринимаемым. Серебро. Ярси словно во сне увидел, как быстро опускается рука Ривида, кинжал коснулся его тела, и вошёл внутрь уже существующей в боку начавшей затягиваться раны…. Краем зрения он заметил, как дёрнулся Радолюб, как вздрогнул Вик и медленно повернул голову…. Перед его глазами поплыл туман, в сознание сверкнули всполохи видений. Яркая зелёная трава, мягко качаются на ветру ветви деревьев, могильные плиты, выступающие прямо из земли и где-то впереди их фамильный склеп…. Худенький мальчишка идёт по камням кладбищенской дорожки, его плечи вздрагивают от рыданий, но кулаки упрямо сжаты, а в глазах нет и намёка на слёзы. Пустота, холод….
Ривид медленно повернул кинжал в ране, кровь засочилась сильнее, потом крутанул второй раз, удивляясь, что с губ пленника не срывается ни крика, ни стона. Он лишь тихо вздрагивал, но по бледному застывшему лицу нельзя было сказать, что он испытывает боль. Ривид криво усмехнулся и провернул кинжал в ране в третий раз….
Он знал, что сейчас увидит сгорбленную фигуру отца, стоящего на коленях, услышит его голос. Но вот показались стены склепа, одиноко возвышавшегося среди стволов вековых деревьев, непримятая трава перед входом и распахнутые позолоченные дверцы…. Отца не было перед входом в тот мир. Он сам ступил на порог распахнутых перед ним дверей…. Внутри склепа царила тьма, он не мог разглядеть ни ступенек, ведущих вниз, ни самого помещения. Между тем он ясно чувствовал, что стоит шагнуть вперёд и тьма его примет, примет как сына….
— Знаешь что, Ярослав, — Ривид наклонился к уху оборотня, вонзая кинжал по самую рукоять. — Мне плевать, что ты зачем-то нужен колдунам. Для меня ты стал бесполезен. Но сначала погибнет та, ради которой ты покинул Реету. Смешно, я помню, что ты её ненавидел, как многое изменилось.
— Нет!
Ривид резко выдернул кинжал, быстро повернулся и почти без размаха метнул его в сторону привязанной девушки.
Время замерло, Ярси встретился взглядом с широко открытыми глазами Элены. Мгновение. Вечность. Почему? Так не должно быть! Кинжал смертоносной полосой летел в грудь девушки. Взмах посохом, в воздухе почувствовалось движение магических сил, слишком медленно…. Вик с трудом вскочил с земли, пошатнулся, упал…. Радолюб оборвал заклинание, понимая, что не успевает, магический поток лишь слегка изменил полёт смертоносного оружия…. Брызги крови, кинжал по рукоять впился в плечо Элены. Мгновение….
Воздух плыл тугими потоками тумана, мир менялся, становился другим, из его горла вырвалось глухое рычание. Цепь, не выдержав напора преображающегося тела, со звоном разлетелась на куски.
Ривид обернулся и успел увидеть, как глаза оборотня заливает серебреное сияние, в следующее мгновение послышался звук рвущейся цепи. Он вскрикнул, рука машинально легла на рукоять меча, но вытащить его из ножен он не успел. На месте короля Рееты был уже не человек, ему навстречу метнулся огромный белый волк. Ривид закричал, чудовище сбило его с ног, навалилось огромной тяжестью на грудь, перед лицом мелькнули серебряные глаза, ледяные, безразличные, и на его горле сомкнулись клыки. Белый волк с яростью мотнул головой, вырывая из шеи жертвы куски плоти, и выпрямился, оставив наследника Мироса бездыханным. С его клыков капала свежая кровь, люди замерли, всё произошло слишком быстро.
Оборотень с места прыгнул к ближайшему наёмнику, по ушам резанул хруст костей, громкий крик. Его товарищи отскочили, выхватывая мечи. Четыре клинка вонзились в шкуру волка, но даже не пробили, лишь поцарапали. Оборотень развернулся и вихрем налетел на людей. Каждое прикосновение огромных клыков заканчивалось чьей-то смертью.
Глава 2
