– Светлая? – традиционно удивился тот. Наверное. Странницы сюда захаживали очень редко. – Этот полукровка твой? Прости, он не сказал.
Шут шагнул было к ней, но снова встретил удар в грудь, не такой жестокий, но выразительный.
– Прости, Делен, но человечка тебе придется оставить нам, – примирительно сказал один из эльфов, – а полукровку своего забирай и уходи. Или оставайся, посмотри наш мир. Уверяю тебя, ты не видела ничего подобного, и он таков именно потому, что в нем нет людей. Этот человечек ничего даже и не почувствует, он без сознания, а я убью его быстро и безболезненно.
Шут усмехнулся. Очень неприятно усмехнулся. Конечно, это все было безнадежно и глупо, но угроза Лены все-таки держала их на некотором расстоянии. Верят в проклятия?
Лена вдруг поняла, что она –
Она так и стояла на коленях возле Маркуса, держа его руку, Сцена затягивалась, словно актеры дружно забыли все слова. В конце концов эльф все-таки решился.
– Ты не сможешь проклясть целый мир из-за одного человечка, Делен. Не сможешь, потому что ты Светлая.
– Ты так уверен?
– Уверен, – вовсе не уверенно кивнул эльф. – Меня проклясть ты сможешь…
– И всю твою кровь, – согласилась Лена, – родителей, сестер, детей. Легко. Если ты сделаешь еще один шаг – так и будет. Готов рискнуть?
По старой, уже забытой привычке, она поднесла левую руку горлу: всегда, волнуясь, она так делала. Волнения, правда, особого не было, но рука сама потянулась к шее – и нащупала цепочку. Лена стиснула каплю застывшей магмы. Эльф улыбнулся и сделал шаг:
– Я одинок, Светлая.
Что-то прорвалось. Может, проклятие, может, отчаяние или гнев. Эльф отшатнулся, словно испугавшись ее, а рядом замерцала слепящая полоса, раздвинулась, и в проход прыгнул Милит. По-солдатски быстро оценив обстановку, он как-то странно тряхнул кистями рук, словно сбрасывая с них воду, тихо что-то проговорил – и эльфы отступили на шаг.
– Я держу их, Владыка, – бросил он назад, и Лиасс шагнул меж светящимися линиями. Несколько секунд он смотрел на эльфов, обычно бесстрастное лицо меняло выражения слишком быстро, чтобы Лена могла понять, что это означает. Потом он наклонился к ней, взял под руку, поднял, отрывая от руки Маркуса.
– Идем, Аиллена, – мягко сказал он. – Пора возвращаться. Полукровка, иди сюда и бери Проводника.
– И дергаться не надо, – сладко улыбнулся Милит, – ты узнал заклинание. Рискнешь? Топай сюда, полукровка, не жди.
– Владыка? – забормотали эльфы. – Аиллена?
Лиасс слегка кивнул, не сводя с них меняющегося взгляда, а как выглядит она сама, Лена не знала. Знала одно: шаг – и сила ее проклятия вырвется наружу. Верила в существование этой силы. Шут поднял Маркуса, взвалил на плечо, умудрившись подхватить и меч, и первым шагнул в проход, за ним отступил Лиасс, продолжая обнимать Лену за плечи, прыгнул Гару, ничуть не испугавшийся прохода. Милит выкрикнул что-то жутковатым голосом и сиганул следом, там рвануло не хуже атомной бомбы, и взрывной волной его швырнуло на несколько шагов вперед, он упал и проехался носом по впечатляющей весенней грязи – и тут проход захлопнулся с треском и искрами.
– У тебя с головой все в порядке, Милит? – обыденно осведомился Лиасс. Милит перевернулся на спину и скривился.
– Уффф! Не меньше трех ребер… Владыка, а тебе хотелось, чтобы они могли проследить, откуда был открыт проход? Ты, может, и знаешь другой способ стереть все следы, но я не знаю… Аиллена, ты цела?
Лена поняла, что ее держат не ноги, а Лиасс. Она прижалась щекой к мягкому синему сукну и чуть не разревелась в голос. Во избежание грядущей катастрофы Лиасс так тряханул ее, что Милит сочувственно сморщился.
– Все уже позади, милая, – совсем уж ласково произнес Лиасс. – Ты уже дома. Ты в Сайбии. Успокойся. Сейчас я немного передохну и открою проход в Тауларм… Милит, ты долго будешь валяться в грязи?
– Долго, Владыка, – пообещал Милит. – Пока искры из глаз лететь не перестанут. Я перестарался немножко… Отвык от боевой магии.
Лиасс одним движением высушил землю и сделал знак шуту. Тот опустил Маркуса и перетащил под мышки преувеличенно жалобно стенающего Милита. Владыка сел сам и усадил Лену. Ее трясло.
– А что вы оба делали здесь? – удивился вдруг шут. – Почему вы не в Тауларме? Что-то произошло?
– Охотились мы, – кряхтя и охая, сказал Милит. – Отдыхали, когда Светлая позвала Владыку… Тут где-то мой лук должен валяться… Не ищи, пусть валяется… Неважно… Что там с Проводником? Он жив?
– Жив, – кивнул Лиасс, – и, похоже, исцелен. С тобой что, полукровка?
– Пошел за помощью, – неохотно сказал шут, – напоролся на этих…
– Решил убежать от всадников? – хмыкнул Милит. Шут пожал плечами.