Странные игры [СИ] полностью

"А значит, ей придётся стать мико. Других вариантов я пока не вижу. Если храм откажется мне помогать, то я в ловушке… А ведь я ничего не могу предложить взамен, только просить и надеяться, что мне не откажут…"

— Ладно, — сказала вдруг Рейко, о которой он и позабыл, — Вы пока общайтесь, а мне нужно проследить, чтобы никто из студентов не наделал ЕЩЕ каких-нибудь глупостей.

Дышать жабрами было очень неудобно. Ну не приспособлен для этого человеческий организм. Да и вообще, необходимость коррекции нервной системы делает радикальные превращения вещью крайне неудобной. Боги как-то это обходят, но он не бог. Он всего лишь маг.

Однако чтобы спуститься на морское дно, это было необходимо. Вероятно, конечно, на складе нашелся бы и акваланг… Но как бы он объяснил, зачем ему? Он сам бы, если бы не слышал от НИХ, акваланга не дал и вообще приказал бы запереть опасного сумасшедшего от греха подальше.

Тяжелые, заросшие водорослями двери подводного храма раскрылись перед ним, и маг вплыл внутрь. Он опустился на дно и каким-то образом пошел по дну. Законы сопротивления сред? Это не имело значения здесь, в средоточии силы Великого Древнего. Хлынули в сторону осьминоги. Большие и маленькие, разумные и деградировавшие почти до состояния животных. Но даже такие все еще почитали своего великого предка.

— Иди. Преклонись перед Богиней.

Маг направился вглубь храма, чувствуя, как плавится его мозг. Невозможно было описать словами убранство храма, открывшееся ему. Невозможно было изобразить в рамках привычной геометрии колоссальные статуи, украшавшие храм, которые в разное или даже в одно и то же время изображали людей, драконов и осьминогов. Черные щупальца, касавшиеся его ног, казались почти спасением, островком ожидаемого и понятного в окружении хаоса непознанного.

Он прошел дальше, к алтарю, и низко поклонился. Ведомый инструкциями, он не смел поднять взгляд на Великого Древнего без разрешения из опасения полностью и безвозвратно лишиться рассудка.

Но это не помогало. Противоестественная форма алтаря и письмена языка, что древнее человечества и даже Земли, разрушали разум медленнее, но столь же неотвратимо. Можно было поднять ментальные щиты. Но его предупредили, что если он посмеет претендовать на свою возможность с помощью сигма-фокусов противостоять силе Древних, его уничтожат. Нельзя было. С богами не сражаются. Богов молят.

— Великий Ктулху… Проснись. Услышь меня.

Ктулху услышал. Не было сомнений. Ощущение могущественного присутствия колоссального существа подавило волю мага. Он ослеп и оглох, после чего обнаружил себя стоящим на коленях. Щупальца сковали его тело, а липкий ужас — разум.

— Прошу тебя. Наведи тут порядок. Разреши ситуацию, которую люди разрешить не в состоянии.

Он почувствовал, как призрачные щупальца проникли в его мозг. Великий Древний перетряхивал его воспоминания. Грубо, жестоко. Его не интересовало, что чувствует существо, ничтожное перед ним. Но его интересовал Дагон. Мятежный слуга, некогда обязавшийся заменять эти острова. И теперь проснувшийся раньше срока. Разбуженный глупыми смертными раньше срока. Смертными, ныне пожинавшими плоды своей глупости. Ктулху не испытывал к ним сочувствия. Не испытывал и злорадства. Лишь безразличие с легким оттенком любопытства.

А затем ужас вдруг отступил. Храм и божество по-прежнему казались чем-то чужеродным, но теперь в них более не ощущалась враждебность. Призрачные щупальца наткнулись на что-то, заинтересовавшее Великого Древнего.

— Интересно… — произнес неожиданно приятный голос, — Ты можешь взглянуть на меня.