– Не схватит, – отмахнулся беспечно Пакость. – А схватит – разберемся. Я ж с фонарем буду. Да, Полуночник?
Он опустил костлявую ладонь на стекло фонаря в руке Кита и чуть потянул, давая другу выбрать, отдает он фонарь или идет с ним. Насмешливые огоньки в глазах Пакости были видны даже при скудном свете.
– Ага. – Кит дернул рукой, освобождая слепящего белого кролика из-под ладони Пакости, и отступил в сторону двери, принимая вызов. – Пошли.
Спящая подняла руки и опустила, не найдя слов. Немо смотрела на парней отстраненно-задумчиво.
– Вы только не бойтесь! – крикнул им вдогонку Лис.
– И не собирались, – отозвался Пакость.
«Женщинам и детям лучше находиться в безопасности», – мелькнуло в голове Кита дурашливое, когда дверь спальни Немо закрылась за ними. Луч фонаря пополз по серому плиточному полу, спотыкаясь о неровные стыки, ища черные хищные лоскуты-многоножки. Он осветил стену, очертил полукруг по потолку, но ничего не нашел.
– Не зевай, не зевай. Пошли уже! – Пакость потянул Кита к ближайшей пустой комнате, не дожидаясь атаки.
Всего несколько шагов по коридору – и они толкнули дверь. Непроглядная чернота свалилась на них холодным толстым одеялом, вмиг уничтожив все цвета и оттенки, стерев полуразличимые силуэты предметов. Луч фонарика исчез, погребенный под этим черным покрывалом, и Кит отчаянно защелкал им, не поняв, что случилось.
Они не испугались, и именно это их и спасло, понял он несколько секунд спустя, когда фонарь взорвался белым светом и Темнота в панике шарахнулась прочь, забиваясь в щели и темные углы.
– Не бояться, не бояться… – пробормотал Пакость, напряженно следя за таившейся по углам Темнотой. – Всего лишь какая-то невразумительная хреновина. Которую не надо бояться… Вот чего тут бояться? А? Ни клыков, ни зубов, глаза не вываливаются, черви из ушей не лезут, да и ушей нету…
– Не подавай ей идеи, – хрипло попросил Кит, которому показалось, что Темнота после этих размышлений как-то оживилась. – Лучше забирай лампочку, и пойдем отсюда. Давай быстрей…
Пакость на удивление послушно взобрался на скрипучую незастеленную кровать и потянулся к плафону. Они не сговаривались, но оба знали, что кому делать. И каждый раз, когда Кит двигал фонарем, Темнота от яркого света сжималась, съеживалась до крохотных пятен, но тут же расползалась где-то в стороне. Приходилось постоянно быть начеку. Смотреть в оба и успевать гасить ярким лучом черные щупальца.
Стоя в центре стылой пустой комнаты и отбиваясь от Темноты, Кит поразился тому, как он изменился. «Ец» расширил сознание и научил если не спокойно привыкать, то достаточно легко принимать такие странные вещи. А еще он никак не мог заставить себя по-настоящему бояться этой одичавшей ночной темноты, какой бы опасной она ни была. Сейчас это походило на простую компьютерную игру – бей оружием по надвигающимся щупальцам, чтобы они не заполонили экран.
– Ты скоро там? – окликнул он Пакость.
Рука уже устала, а Темнота все не сдавалась. Она скользила по полу, кралась со всех сторон, пытаясь выползти из-под кровати, выглянуть из-за плеча и коснуться Полуночника.
– Есть! – Пакость шумно спрыгнул на пол и выругался, торопливо перепрыгнув в пятно света, спасаясь от зыбкого, скользящего корня-щупальца. В руке его блестела лампочка. – А теперь бегом.
Темнота словно поняла его слова. Дрожащие, ослабленные фонарем пятна поползли навстречу друг другу, сливаясь и разрастаясь. Плотоядная чернота, вышедшая на охоту, очень не хотела упускать добычу. Она заклубилась, сливаясь в сплошной поток, который затапливал спальню, отращивал непропорциональные руки и ноги…
Досматривать парни не стали. Они сломя голову промчались по коридору, ворвались в напряженную тишину спальни и плотно закрыли дверь, надеясь, что это сможет их защитить. Лис, Немо и Спящая за время их отсутствия сдвинули вместе две кровати и сидели на них кучкой, светя крохотной лампой по углам. Увидев их, все трое вскочили.
– Добыли! – сообщил Пакость, вручая лампочку Спящей.
Полуночник, положив фонарик на тумбочку, втихаря вытер о штаны потные ладони.
– Пакость, а она перегоревшая… – Немо сощурила тусклые зеленые глаза. Голос ее звучал глухо.
Кит сцепил зубы, подавив стон и желание заехать Пакости в лицо. Он присел на край кровати рядом с Немо и осветил добычу своим фонарем. Внутри стеклянного пузыря мелко дрожали паутинки.
– Да где она негодная?! – ожидаемо возмутился Пакость, выдирая у них лампочку. Он поднял ее повыше, покрутил так и этак и, убедившись, что ему не соврали, раздраженно отшвырнул на кровать.
Спящая молча закрыла лицо руками. Она не причитала, не жаловалась, не всхлипывала, но ее страх был почти осязаем. Немо, добела закусив губу, неуверенно, как к раскаленному пруту, прикоснулась к ее плечу, желая ободрить. Отдернула руку, шумно выдохнула, а потом дрожащими руками обняла за плечи. Ощущение страха только усилилось, хотя Немо боролась с ним.
«Я правда начинаю чувствовать их или это просто фантазия?» – спросил себя Кит, наблюдая за друзьями.
