Холодный суровый Бостон и жаркая Калифорния, приверженный традициям мужчина и экстравагантная женщина, бросающая вызов условностям, — что между ними общего? Но не зря говорят, что противоположности притягиваются. Энергия и фантазия Присциллы будят в Крейге Пинкни давно уснувшую радость жизни — а сумасбродной калифорнийке немногословный и сдержанный бостонец дарит уверенность в себе, которой ей так не хватает.
Дом был огромен. Уже больше часа Присцилла, замирая от восхищения, бродила по бесчисленным комнатам. Именно о таком здании для гостиницы она и мечтала! И расположение у него — лучше не придумаешь: на отшибе от прочих ферм, почти в лесу; при этом не слишком далеко от цивилизации — всего час езды от Бостона; а совсем рядом — уютный городок Глостер, где туристам будет чем поразвлечься. И Эссекс — «лошадиный город», известный своими скачками, поло и верховой охотой, тоже неподалеку.
Присцилла достала блокнот и начала торопливо записывать пришедшие ей в голову идеи. Мистер Эмхерст, ее агент по недвижимости, уже полчаса бродящий за ней как тень, намекал, что пора ехать, но Присцилла только отмахивалась.
Проходя по комнатам во второй раз, она заносила в блокнот их размеры, состояние, возможность пристроить душ и множество других деталей. Наконец, почувствовав, что на сегодня с нее достаточно, Присцилла окликнула мистера Эмхерста, желая услышать условия сделки. Но он, кажется, о ней забыл. Стоя в холле дома — огромном холле, вполне подходящем для гостиницы, — он беседовал с каким-то незнакомцем. Присцилла догадалась, что разговор идет о доме.
— Цена подходящая, — долетели до нее слова агента.
Его собеседник небрежно пожал широкими плечами и пробормотал что-то о необходимости капитального ремонта.
Присцилла нахмурилась. Мистер Эмхерст поступает довольно-таки некрасиво. В конце концов, он
Несколько секунд Присцилла молча стояла в дверях, но мужчины, поглощенные беседой, ее не замечали.
— Извините, — заговорила она наконец, — у меня еще несколько вопросов насчет дома.
Оба повернулись к ней с преувеличенной вежливостью, за которой проглядывала досада. Незнакомец не стал скрывать своего интереса, увидев пышную гриву волос орехового цвета, изумрудные глаза, статную фигуру и экзотическое пончо, нисподающее с плеч до отделанных мехом сапожек. Это пончо Присцилла нашла в маленьком магазинчике на Ньюбери-стрит и сразу поняла: это то, что ей нужно. Оно привлекло ее расцветкой — широкие красно-синие полосы по апельсиновому фону. Разумеется, такое яркое пончо не станет носить ни один нормальный человек: поэтому-то оно, несмотря на удачный покрой и добротную шерсть, продавалось по смехотворно низкой цене. Но Присцилла выцарапала бы глаза любому, кто назовет ее нормальной.
К тому же она только что приехала из Калифорнии и оказалась не готова к бостонской зиме. Вообще-то говоря, она ни за что не поехала бы в холодную Новую Англию, если бы не сочла Бостон превосходным плацдармом для развития своего бизнеса — антикварного дела. Присцилла не делала предварительной разведки: она просто приехала в Бостон, увидела, что дело здесь должно пойти, сняла помещение для магазина и осталась. Это было два года назад: и ни разу с тех пор Присцилла не сожалела о принятом решении.
Агент представил ее незваному гостю; Присцилла кивнула, не вслушиваясь в названное имя. С нее было достаточно того, что незнакомец тоже оказался агентом по недвижимости. «Ищет дом для клиента», — мрачно подумала Присцилла и, повернувшись к мистеру Эмхерсту, задала интересующие ее вопросы о цене, условиях и состоянии дома. Тот сообщил, в частности, что дом бы построен почти двести лет назад, но с тех пор много раз перестраивался. Незнакомец тем временем куда-то исчез.
Вскоре мистер Эмхерст заявил, что больше ему добавить нечего и что на семь часов у него назначена важная встреча. Но Присцилла не собиралась уезжать. Ей хотелось пройтись по дому еще раз. В конце концов, она клиент, и по ее очевидному интересу даже туповатый мистер Эмхерст должен бы заметить, что она действительно собирается покупать дом!
— Вы меня извините, мисс Ларсон, — сказал он наконец, нервно проводя рукой по редеющим волосам, — но я не понимаю, что вы еще хотите увидеть. Если вам мало сегодняшней экскурсии, давайте съездим сюда завтра. — Он украдкой покосился на изящные золотые часы, странно выглядевшие на его пухлом запястье, и покачал головой. — У меня важная встреча, которую я не могу пропустить!
— Идите, — предложила ему Присцилла, — а дом я запру сама.
— Что вы! — запротестовал он. — Как можно оставлять клиента одного в доме?
— Боитесь, что я стащу столовое серебро?
В доме не было ничего ценного — по крайней мере, по мнению Присциллы. Меблировке не больше тридцати лет, и вид у нее на редкость унылый.
— Так не принято, — елейным голосом ответил мистер Эмхерст. Он явно сдерживался из последних сил. — Я привезу вас сюда завтра утром, так рано, как только хотите.
Присцилла вздохнула.
