Жульбер начинал сильно нервничать, не хватало еще, чтобы эта молодая красивая девушка угробила его бывших друзей и пациентов, тренируясь на них как на кроликах. Он подошел к пульту управления капсулами и начал просматривать результаты обследований, Мила стояла рядом, потешаясь тихонько над паникой доктора. Заодно она отмечала недочеты в его работе, что он забыл, что-то пропустил, на это не обратил внимание. У Жульбера, наоборот, возникало чувство, что он ничего не понимает в медицине. Диагнозы Милы отличались от его, но, судя по результатам, всего за сутки состояние многих изменилось в лучшую сторону. Также он отследил, что все имплантаты защиты были удалены, найдены и извлечены все спецсредства, интегрированные в разведчиков. Все говорило о том, что перед ним как минимум врач седьмой, а может, и выше категории. Закончив просматривать данные, он повернулся.
— Мила, простите мои сомнения. Я думаю, ваш уровень выше моего и где-то в районе седьмого.
— Восьмой, — улыбаясь, ответила Мила.
Жульбер с уважением посмотрел на Милу.
— Я надеюсь на вас в отношении адмирала, — проговорил он. Выйдя из бокса управления капсулами, врачи подошли к адмиралу и остальным. Заметив приближение Милы и Жульбера, адмирал с удовольствием переключился на них.
— Ну, как дела у наших товарищей?
— Вы знаете, адмирал, пообщавшись и оценив уровень мастерства Милы, я готов доверить вас, не задумываясь, и себя тоже.
— Дорогой Жульбер, чем вас так очаровала Мила? Обычно врачи от вас уходят в слезах, вы еще тот деспот.
— Адмирал, это тот врач, у которого мне не грех поучиться. И еще, Штейн, все наши с вами ухищрения не имеют смысла.
— Хорошо, господа, предлагаю упростить ситуацию. Мы прекрасно понимаем, что вас очень мало и, скорее всего, никакого подкрепления вы не получите. Может, вы откроете карты, кто вы и зачем вам мы? — спросил Штейн. Группы телохранителей стали незаметно сближаться: часть с нами, часть, наоборот, с адмиралом. Егор только грустно усмехнулся.
— Вы так ничего и не поняли, полковник.
Дальше случилось то, к чему мы были не готовы, но уже видели в исполнении Егора. Десять человек охраны, еще и в среднем обмундировании, но без оружия были обречены, хотя часть из них числилась как элита десантных войск своего времени. Через три-четыре секунды на ногах остались только доктор, адмирал и Штейн, все телохранители были в тяжелом нокауте. Егор подошел вплотную к разведчику.
— Дорогой мой, если я вам сказал, кто я, и ответил на ваш вопрос о младшем сыне, это не значит, что я буду терпеть всю ту дурь, что есть в ваших мозгах, пропитанных интригами и предательством, ясно? Теперь по делу: господин Жульбер, и вы, адмирал, прошу вас вместе с Милой и вашей охраной проследовать в медблок для лечения и прохождения последующей проверки для уверенности, что у вас нет к нам плохих намерений. Я разрешаю господину доктору до выздоровления адмирала наблюдать за его состоянием и находиться у нас в статусе гостя с допуском в присутствии Милы в медблок. Теперь прошу вас, господин Штейн, проследовать за мной. — С этими словами Егор развернулся, а четыре десантника встали по бокам от Штейна и намекнули, что ждать, пока он подумает, точно не будут. Адмирал перед уходом задал один-единственный вопрос Егору, больше похожий на просьбу:
— Я могу рассчитывать, что Штейн будет жив?
— Да, адмирал, допрос этого человека будет проходить в вашем присутствии. Боюсь, вы разочаруетесь, но это максимум того, что могу обещать. — С этими словами Егор и десантники со Штейном покинули медблок. Адмирал посмотрел на Милу, Флемера и Машу, в его взгляде был вопрос: чего ждать? Тем более что его охранников грузили на носилки и уносили в сторону медицинских капсул. Ответил Флемер:
— Видите ли, адмирал, у нас тут только на вид анархия. Все строго разделено, и каждый делает то, что умеет лучше всех, например, Мила — доктор, я пилот и инженер, а Егор — тот, кем он представился. Если он считает, что нам кто-то представляет угрозу, если будет шанс его уничтожить, Егор это сделает. Если же человек верен нам, то Егор спасет его ценой своей жизни, если нужно. Он и супруг Милы отвечают за нашу безопасность, а поскольку Егор вас не тронул, значит, он считает вас достаточно здравым человеком, который последует его совету.
Адмирал промолчал, он попал в редкую ситуацию — не знал, что делать, и поэтому решил посмотреть, что будет дальше. Сейчас от него ничего не зависело. Мила повернулась к Жульберу.
— Господин Жульбер, прошу, проводите адмирала в капсулу и приходите ко мне в бокс управления.
Жульбер кивнул, адмирал и один десантник направились к свободному боксу. Еще один десантник направился вместе с Милой в бокс. На ее недоуменный взгляд тот ответил:
— Приказ Егора.
Больше к этому вопросу не возвращались.
Егор повел Штейна по направлению к линкору пиратов, где под замком находились как пираты, так и рабы. Пройдя на линкор, Егор показал две камеры: в одной находились пираты, в другой — рабы.
