– Это было вовсе не очевидно. В обоих случаях.
– Да какая разница? Я поручил их твоим заботам. Ты что, больше беспокоился бы о них, если бы знал?
– «О них»? – вклинился в нашу перепалку Фитц Виджилант. Он повернулся к отцу, я взглянул на его профиль и мысленно согласился с Чейдом. Их сходство было трудно не заметить. Если знаешь, что замечать. – «О них»? Я не единственный твой сын? У меня есть брат?
– Нет, – отрезал Чейд.
Но я был не в настроении и дальше оберегать его секреты:
– Нет, брата у тебя нет. У тебя есть сестра. И возможно, другие братья и сестры, о которых мне забыли сообщить.
– Да с чего бы мне тебе докладывать?! – вызверился Чейд. – Почему тебя так удивляет, что у меня были любовницы, что у них рождались дети? Годами я жил почти в полном одиночестве, крысой шныряя в стенах Оленьего замка. И почему, когда я наконец вышел на свет, смог есть изысканные блюда, танцевать под красивую музыку и наслаждаться обществом прелестных женщин, я должен был отказывать себе в удовольствиях? Почему, Фитц? Тебе не кажется, что лишь благодаря удаче ты в молодости не обзавелся одним-двумя детьми на стороне? Или ты все эти годы хранил целомудрие?
Я хотел ответить, подумал – и закрыл рот.
– По моим сведениям, нет, – язвительно сказал Чейд.
– Если у меня есть сестра, то где она? – напористо спросил Лант.
– Это мы и пытаемся выяснить. Она была здесь, и я думал, что под защитой Фитца ей ничего не грозит. Но она пропала.
Мне больно было слышать его пропитанные горечью слова.
– Моя дочь тоже пропала, а она, в отличие от твоей, маленькая и беспомощная! – зло напомнил я, но тут же подумал: еще вопрос, кто из них более беспомощна – Би или Шун. То есть Шайн.
Я сердито уставился на Чейда. В эту минуту в дверь снова постучали. Мы с Чейдом тут же взяли себя в руки и сделали вид, будто ничего особенного не случилось. Сработала привычка, въевшаяся в кровь.
– Войдите, – хором сказали мы.
Персивиранс открыл дверь и растерянно застыл на пороге.
– Это тот самый мальчик-грум, – пояснил я Чейду. Потом повернулся к Персивирансу: – Входи. Ты уже рассказал мне все, но лорд Чейд хочет сам услышать твою историю со всеми подробностями, какие только сможешь припомнить.
– Как прикажете, господин, – уныло согласился мальчишка.
Он вошел в кабинет, покосился на Фитца Виджиланта и взглянул на меня.
– Тебе неловко говорить о Фитце Виджиланте в его присутствии? – спросил я.
Мальчик коротко кивнул и потупился.
– Что я сделал? – спросил Лант, и в голосе его слышались одновременно мука и обида. Он рванулся к Персивирансу так резко, что мальчик попятился, а я поспешно шагнул ближе. – Пожалуйста! – закричал он. – Скажи мне, я должен знать!
– Мальчик, сядь. Я хочу поговорить с тобой.
Прежде чем подчиниться, Пер вопросительно покосился на меня – не знаю уж, что об этом подумал Чейд. В ответ я кивком указал на стул. Парень сел и уставился на Чейда широко распахнутыми глазами. Фитц Виджилант взволнованно переминался с ноги на ногу.
Чейд посмотрел на Персивиранса:
– Тебе нечего бояться, если ты говоришь правду и только правду. Ты понимаешь меня?
Мальчишка испуганно кивнул и пролепетал:
– Да, господин.
– Очень хорошо. – Он поднял глаза на Фитца Виджиланта. – Это не может ждать. Ты не мог бы пойти и распорядиться, чтобы нам принесли еду прямо сюда? И попросить Олуха присоединиться к нам, как только поест?
Лант посмотрел отцу в глаза:
– Я бы предпочел остаться и услышать, что скажет мальчик.
– Я знаю. Но твое присутствие исказит его рассказ. Как только он закончит, Фитц, я и Олух сядем вместе и попытаемся убрать паутину с твоего разума. Ах да, у меня есть еще одно поручение для тебя.
Он снова повернулся к юному конюху:
– Парень, какие следы нам нужно искать?
Мальчишка снова покосился на меня, прежде чем ответить. Я кивнул.
– Они приехали верхом, господин. Солдаты, те, что говорили не по-нашему, ехали на больших лошадях, таких, которые тяжелый груз везти могут. Лошади были с крупными копытами, хорошо подкованные. И еще были лошадки поменьше, светлой масти, очень изящные, но крепкие. Белые лошади, запряженные в сани, были повыше тех, на которых ехали бледные люди. В каждой паре лошади одного роста и силы. Первыми уехали солдаты, за ними сани, потом бледные, и последними – четверо солдат. Но той ночью шел снег и дул ветер. Почти сразу, как они скрылись из виду, вьюга сровняла их следы.
– Ты пытался проследить за ними? Видел, куда они направились?
Пер покачал головой и потупился:
