Ученик мастера Силы и писарь Лофти
Я объявил о своем решении поварам в кухне за завтраком. Никто из них, похоже, не удивился, что я так скоро собрался обратно в Олений замок. Больше того, они испытали облегчение. Обитатели Ивового Леса все еще приходили в себя после пережитого, и им было нелегко выносить присутствие моих стражников, зачастую не отличавшихся деликатностью. Они обрадуются, когда мы уедем.
Я отдал последние распоряжения по управлению поместьем. Как только ремонт будет завершен, мебель в Радужных покоях следует закрыть чехлами. Диксон должен будет с этого дня слать доклады напрямую леди Неттл и кесиру Риддлу. Те же указания я оставил и прочим управляющим. Меня порадовало, когда пастух Лин чуть расправил плечи, услышав, что я полностью поручаю стадо его заботам. Свитки я распорядился отправить на повозке в Олений замок вместе с вещами Ланта и Шайн.
Еще до полудня все дела были улажены. Выйдя на крыльцо, чтобы отправиться в путь, я обнаружил, что во дворе меня ждет не только верховая и вьючная лошади, но и Персивиранс.
– Уверен, что не хочешь остаться? – спросил я, и вместо ответа он лишь бесстрастно посмотрел на меня.
Фоксглоу построила стражников. Я вскочил в седло и поехал прочь из Ивового Леса.
Поездка задалась, хотя насыщенный влагой ветер предвещал снег к вечеру. До самого Оленьего замка нам сопутствовало неожиданное для этого времени года тепло, от которого снег превращался в мокрую липкую кашицу. Весна обещала быть ранней.
Шут, как я и подозревал, нашелся в подвалах Оленьего замка. Он блуждал один в мрачных и сырых коридорах. Неттл сообщила мне об этом при помощи Силы. Она сказала, что Эша с Шутом не было, и мальчик-слуга очень обрадовался, когда его подопечного вернули в покои. Она переживала. Я поблагодарил Неттл за хорошие новости и остаток путешествия беспокоился за Шута.
Мы еще не успели добраться до замка, когда раздалось душераздирающее карканье:
– Пер! Пер! Пер!
Разумеется, это была соскучившаяся Пеструха. Она напугала лошадь Персивиранса, однако умудрилась опуститься к нему на плечо, пока он боролся со своим конем. Стражники, уже знакомые с вороной, рассмеялись, и Пер расплылся в улыбке, увидев такой теплый прием. Словно радуясь всеобщему вниманию, Пеструха дернула клювом его шапку, и Перу пришлось одной рукой поправлять головной убор, другой удерживать поводья. Никто не задавал нам вопросов, когда мы подъехали к воротам Оленьего замка, и я лишь немного удивился, увидев, что возле конюшен меня поджидает Эш.
Но я ошибся. На самом деле бывший ученик Чейда пришел встречать Пера, и ворона радостно перепорхнула между их плечами. Я передал поводья своей лошади Пейшенс, задержался из вежливости, чтобы послушать об успехах Стрелы, и поспешил прямо в комнаты Шута.
Сначала на мой стук никто не отозвался. Я постучал еще раз – опять никакого ответа. И когда я уже решил достать спрятанную в воротнике отмычку, из-за двери раздался голос:
– Кто там?
– Это я, Фитц, – ответил я и стал ждать.
