Я колебался. Она повернула ко мне лицо. Слезы редко делают женщин красивее. Ее глаза и нос покраснели, но она больше не пыталась скрыть слезы, текущие по лицу. Ее голос был резким.
– Я имею право знать, Фитц. Не изображай Чейда передо мной. Какие тайны могут оправдать то, что они делали с ним?
Я смущенно разглядывал свои ноги. Что ж, она заслуживала знать правду.
– Он не знал никакой тайны. Ему нечего было им рассказать.Они потребовали, чтобы он выдал, где находится его сын. Мне он сказал, что не знал ни о каком сыне.
– Сын, - странное выражение застыло на ее лице, как будто она не могла решить, смеяться ей или плакать. – Ну что ж. Ты, наконец, готов дать ответ на вопрос, заданный Старлинг много лет назад? Он мужчина?
Я перевел дыхание, сделал паузу, а затем ответил:
– Кетриккен, он то, что он есть. Очень скрытный человек.
Она подняла на меня взгляд.
– Ну, если бы Шут сам родил сына, я думаю, он бы об этом помнил. Так что ему остается только мужская роль.
Я собирался сказать, что не любой ребенок появляется на свет таким образом. Воспоминание о том, как король Верити одолжил мое тело, чтобы провести с ней ночь, и оставил меня в теле старика, бурей захватило мой разум. Слова уже были готовы сорваться с губ, я отвел взгляд.
– Я проведаю его, - сказала она тихо.
Я с облегчением кивнул. Раздался стук в дверь.
– Я должен идти, у вас встреча с другим посетителем.
– Нет, ты должен остаться. Следующий посетитель имеет отношение и к тебе тоже.
Я совсем не удивился, когда паж ввел в комнату Уэба. Он остановился в дверях, дожидаясь, пока две служанки внесут подносы с угощениями. Они разместили все на низком столике, а мы трое разглядывали друг друга. Уэб на мгновение нахмурился, увидев мою маскировку, и я понял, что он переоценивает свое мнение о человеке, которого мельком видел прошлой ночью. Это был не первый раз, когда он становится свидетелем моих перевоплощений в другую личность. Пока он изучал мой новый облик, я пригляделся к нему.
Уэб изменился с нашей последней встречи. Он много лет не заводил себе нового друга после смерти своего партнера - чайки Рииск. Эта утрата изменила его. Когда я потерял моего волка, мне казалось, что половина моей души испарилась, будто в теле и разуме стало слишком много пустого пространства. Я видел ту же пустоту в Уэбе, когда они с братом Неттл Свифтом посетили нас с в Ивовом лесу. Его глаза потеряли птичий блеск, походка стала тяжелой, и казалось, будто он прикован к земле. Он словно постарел на несколько десятков лет в течение нескольких месяцев.
Сегодня же плечи его были расправлены, взгляд быстро скользил по комнате, он рассматривал каждую деталь. Перемена была к лучшему, он словно вновь стал молодым. Я поймал себя на том, что улыбаюсь ему.
– Кто она? - приветствовал я его.
Глаза Уэба встретились с моими.
– Он. Не она. Молодой пустельга по имени Сор.
– Пустельга. Хищная птица. Для тебя это, должно быть, внове.
Уэб улыбнулся и покачал головой, выражение любви на его лице говорило само за себя. Он будто рассказывал о ребенке, когда произнес:
– Мы оба должны так много узнать друг о друге. Мы вместе уже около четырех месяцев. Это новая жизнь для меня, Фитц. Его зрение! Ох, его аппетит и жестокая радость охоты, - он так громко рассмеялся, что почти запыхался. В его волосах стало больше седины, и лицо прорезали глубокие морщины, но смех был мальчишеским.
На мгновение меня охватила зависть. Я вспомнил пьянящее чувство первых дней, проведенных с новым партнером. Ребенком я связал себя с Ноузи без малейших колебаний, и провел лето, полное чувств молодого пса, усиливающих мои собственные. Его забрали у меня. Затем был Кузнечик - щенок, с которым я обрел связь наперекор Барричу и здравому смыслу. Я потерял его, когда он отдал свою жизнь, защищая моего друга. Они были спутниками моего сердца. Однако был и Ночной Волк, волк, который обвил мою душу своей. Вместе мы охотились и вместе убивали, как дичь, так и людей. Уит связывал нас всю жизнь. У него я научился чувствовать одновременно и возбуждение от охоты, и, вместе с тем, боль от убийства. Когда я подумал об этих узах, моя зависть прошла. Никто не сможет заменить его. Сможет ли другая женщина когда-нибудь стать для меня той, кем была Молли? Появится ли у меня когда-нибудь друг, который будет знать меня так же, как Шут? Нет. Такие связи в жизни человека являются уникальными. Ко мне вернулась способность говорить.
– Я рад за тебя, Уэб. Ты выглядишь другим человеком.
– Так и есть. И также, как ты рад за меня, я сочувствую тебе. И желаю, чтобы и у тебя появился спутник, который поддержал бы тебя в твоей утрате.
Что на это ответить? У меня не нашлось подходящих слов.
– Спасибо, - сказал я тихо. – Это тяжело.
Кетриккен хранила молчание во время нашего разговора, но внимательно наблюдала за мной. Мастер Уита нашел подушку и опустился на пол у стола. Он отвесил Кетриккен широкую улыбку, а затем заинтересованно посмотрел на еду.
Кетриккен улыбнулась в ответ.
