— Когда-то королём Джинксии был мой отец, а Груб — его первым министром. Но однажды на охоте король Лих — так звали моего отца — немного повздорил с Грубом и слегка постучал по его носу своим кулаком. Это так рассердило Груба, что он изо всех сил толкнул моего отца и тот упал в глубокий пруд. Увидев, что король Лих скрылся под водой, Груб стал бросать в пруд один большой камень за другим. Они придавили моего бедного отца ко дну, и он не смог выбраться из воды. Вы, наверное, знаете, что в нашей стране никто не умирает, но когда мой отец оказался придавлен тяжёлыми камнями к илистому дну пруда, он всё равно что умер для своего народа и для меня. Понимая это, Груб провозгласил себя королём Джинксии, въехал в королевский замок и выгнал из него всех родственников короля Лиха. Тогда я был совсем маленьким. Когда я подрос, то поступил служить в замок помощником садовника. Король Груб и не подозревает, что я сын того самого короля Лиха, с которым он так жестоко обошёлся.
— Господи, какая ужасная история, — сказала Трот и глубоко вздохнула. — Но скажи-ка, Пон, кто отец Глории?
— Он был королём ещё раньше, до моего отца, — отвечал Пон. — Мой отец был первым министром у короля Мила, отца Глории. Она была ещё ребёнком, когда её отец провалился в Бездонную пропасть, расположенную у тех самых гор, что отделяют Джинксию от Страны Оз. Говорят, у Бездонной пропасти и в самом деле нет дна, но так или иначе король Мил исчез бесследно, и мой отец стал королём вместо него.
— Мне кажется, — сказала Трот, — что у Глории все права стать королевой Джинксии.
— По крайней мере её отец был королём, — заметил Пон, — равно, как и мой. Мы с ней одного происхождения, но она принцесса, а я помощник садовника. Не могу понять, почему бы нам и впрямь не пожениться. Правда, король Груб постарается ни за что этого не допустить.
— Да, дело запутанное, — согласился Капитан Билл. — Но мы собираемся нанести визит королю и, если удастся, юноша, то замолвим за тебя словечко.
— Будьте так добры, — попросил Пон.
— Ты сказал, что у тебя разбито сердце. Это из-за сегодняшней порки? — спросил Пуговка.
— Отчасти, — сказал Пон. — Это было последней каплей.
— На твоём месте я бы привёл своё сердце в порядок, — сказал мальчишка, запуская камнем в бурундука на пне. — Ты должен предложить Глории такое же прекрасное сердце, что и она тебе.
— Это верно, — согласился Капитан Билл.
Они оставили юношу у дерева, а сами двинулись к замку.
Когда наши друзья подошли к воротам замка, то увидели, что их охраняют солдаты в красивых мундирах. Они были вооружены мечами и пиками. Капитан Билл направился к ним и спросил:
— Король дома?
— Его славное и великолепное Величество король Груб изволит находиться в своём королевском замке, — последовал ответ.
— В таком случае мы, пожалуй, зайдём с ним поздороваться, — сказал Капитан, пытаясь войти. Но солдат моментально загородил проход пикой.
— Кто вы такие, как вас зовут и откуда вы пожаловали? — спросил страж.
— Даже если мы и скажем, вы всё равно не поймёте, откуда мы, — сказал Капитан. — Мы чужестранцы.
— А! Это другое дело, — сказал страж, убирая пику. — Если вы чужестранцы, тогда милости прошу. Его Величество обожает чужестранцев.
— Здесь часто появляются чужестранцы? — спросила Трот.
— Вы первые, — отвечал страж. — Но Его Величество всегда говорит: если в Джинксию пожалуют чужестранцы, он позаботится о том, чтобы они надолго запомнили свой визит.
Капитан Билл задумчиво почесал подбородок. Последние слова стража ему не очень понравились. Но он решил, что, раз уж из Джинксии не так-то просто выбраться, лучше не увиливать от встречи с королём, а постараться завоевать его расположение. И в сопровождении одного из солдат друзья вошли в замок.
Это был великолепный замок со множеством удивительных залов и палат, обставленных дорогой мебелью. Проведя друзей через несколько коридоров, солдат привёл их во внутренний двор в самый центр дворца. Со всех четырёх сторон двор был окружён высокими стенами и башнями. На клумбах цвели цветы, били фонтаны, а дорожки были сделаны из разноцветных кусочков мрамора, составлявших вместе причудливые узоры. Посреди двора придворные дамы и кавалеры окружали худого человека, на голове которого была корона, украшенная драгоценными камнями. У него было суровое лицо, а из-под полуопущенных век сверкали глаза-угли. Он был одет в атлас и бархат и сидел на золотом троне.
Это был король Груб, и как только Капитан Билл увидел его, то сразу понял, что вряд ли ему понравится повелитель Джинксии.
— Эй, кто это? — осведомился король, сердито посмотрев на вновь прибывших.
— Чужестранцы, Ваше Величество, — сообщил страж и так низко поклонился, что коснулся лбом мраморного пола.
— Чужестранцы?! Не ожидал, не ожидал! Ну что ж, подойдите ко мне и расскажите, кто вы такие.
Голос у короля был такой же малоприятный, как и выражение лица. Трот вздрогнула, но Капитан Билл спокойно сказал:
