Склон был очень крутой, но в остальном идти было поначалу одно удовольствие – с поправкой на то, что чуть ли не на каждом шаге приходилось раздвигать очередные волшебные препятствия. Деревья здесь росли хвойные, исчерна-зеленые падубы и разные виды сосен, и золотой свет пронизывал лес пыльными полосами, пахнувшими ладаном и розмарином. Тихо и покойно. Поднимаясь, я понял, что вся эта сегодняшняя история с Робом меня вымотала. У меня эмоциональное истощение. А теперь в довершение всего надо идти спорить с Кнарросом – как это некстати! Хочу домой. Хочу лечь и отдохнуть и раз и навсегда покончить с империей. А склон становился все круче, сучья все толще, приходилось пригибаться, чтобы пролезть под ними, и я совсем выбился из сил. Пыхтел, как лесоруб. Лазерный пистолет оттягивал карман, волшебная броня была тяжелая, будто рыцарские доспехи. К тому же, когда солнце спустилось к горизонту, стало на удивление холодно. От трудного подъема я совсем не взмок, а, наоборот, начал замерзать.
Холод меня насторожил. Сильные постоянные волшебные конструкции должны черпать откуда-то энергию, а эти чары, в отличие от волшебства на дороге, были постоянные, и их очень ловко настроили, чтобы высасывать энергию незваных гостей, используя против них их собственный метаболизм. Я стоял неподвижно, и колени у меня подкашивались. Зубы стучали. И я увидел, что на самом деле даже не поднимался на холм, а двигался по склону наискосок. Стэн поднял бы меня на смех. Он меня всему такому учил. Я почувствовал, как к щекам приливает краска стыда, – потому что я понял, что никакой дороги поблизости нет, а ворота поселения наверху теперь направо от меня.
Я сказал:
– А засуньте себе эту игру в солдатики знаете куда?! Кнаррос, ты сам меня вызвал!
И попросту проложил себе дорогу к воротам напролом через все эти глупости и сердито потопал по ней. Иногда полезно хорошенько рассердиться. На самом деле холм был не очень крутой, деревья росли гораздо реже, чем мне показалось поначалу. До грубой каменной стены и некрашеных ворот в ней я дошел всего за минуту. Стена была футов двенадцать высотой, ворота сколочены из старых занозистых горбылей в два слоя. Я забарабанил в них:
– Откройте! Это магид!
По ту сторону завозились и зашуршали. Голос, который мне ответил, напоминал голос Роба. Тоже хрипловатый, но моложе, чем у Роба, и на последнем слове пустил петуха.
– Что вам нужно?
– Поговорить с Кнарросом, что же еще? Срочно, по имперским делам!
Другой голос ответил:
– Докажи, что ты магид.
– Тогда разойдитесь там от ворот! – велел я. Снова послышался шорох. – Разошлись? – крикнул я.
– Нет, – ответили хором не меньше трех голосов. Хрипловатый продолжил:
– Кнаррос сказал никого не пускать.
«Тогда с какого перепугу он послал за мной Роба?!» – оторопел я.
По шороху было понятно, что как минимум три подростка наваливаются на створки с той стороны, поэтому я отказался от мысли разнести ворота в щепки и перелетел через верх. Дело чуть не кончилось катастрофой. Я терпеть не могу левитировать (это вообще не самая сильная моя сторона), к тому же над всем поселением раскинулся какой-то волшебный защитный купол – именно он, несомненно, отражал лазеры Дакроса, – и я на него натолкнулся, так что меня чуть не отбросило. Едва успел вцепиться в него ногтями. А потом пришлось, распластавшись на куполе, раздирать его, чтобы пролезть внутрь, – рвать ногтями и пинать ногами, – а трое подростков глядели снизу, разинув рот, как я корячусь в воздухе у них над головой.
Я спрыгнул на землю возле них, не слишком грациозно, и повернулся к ним. Один был юный кентавр, не такой красавчик, как Роб, но по смуглому лицу и орлиному носу было заметно фамильное сходство. Остальные двое – мальчики-люди лет одиннадцати-двенадцати. Особой красотой они не отличались, впрочем, Тимос IX тоже не отличался красотой. Волосы у обоих были неряшливо завязаны в длинный хвост. На них были серые шерстяные длинные рубахи и большие грубые башмаки, неумело стачанные вручную.
– Как ты это делаешь? – спросил старший. Хрипловатый голос принадлежал ему.
Я коротко поклонился. Ведь передо мной почти наверняка стоял будущий император.
– Левитация. Вы просили меня доказать, что я магид. А теперь пусть кто-нибудь из вас проводит меня к Кнарросу.
– Крис его приведет, – пропищал младший мальчик. – Нам надо стоять здесь на страже.
– По-моему, ничего сторожить вам уже не надо, но как хотите, – сказал я.
Юный кентавр зарысил прочь, по пути наградив меня хмурым взглядом. Я не был расположен смиренно стоять у ворот и ждать, когда мне выпадет счастье лицезреть Кнарроса, – все происходящее меня бесило, – поэтому я двинулся за ним, просто медленнее. Защитные чары, сквозь которые я прорвался, волочились за мной и липли к ботинкам. Мне пришло в голову, что, когда настанет пора палить из сигнального пистолета, эта дрянь, чего доброго, отразит луч обратно мне в лицо, поэтому я на ходу отпинывал ее и сворачивал в рулон перед собой.
